– Ты? – уставился на мужичка Никита. – Мастер?
– Ну да.
Никита издал такой звук, будто подавился пуговицей, остановился посреди улицы и стал смотреть на Пахомыча уже не с веселым недоумением, а с веселым изумлением.
– Что-то я ни разу не видел тебя с кием… – с сомнением произнес он. – Что ж ты не играешь, если ты мастер?
– А с кем? – усмехнулся Пахомыч. – С каким-нибудь дачником, который не отличает кия от оглобли?
– А, так ты хочешь, чтобы я сыграл с тобой! – весело хлопнул себя по лбу Никита.
– Нет, не хочу, – спокойно ответил Пахомыч.
– Это почему же?
Пахомыч молча протянул Никите свою левую руку. Три пальца на руке были скручены так, будто кто-то пытался заплести их в косичку, да не заплел, а так и оставил пальцы в полузаплетенном, извивистом виде. Да и сама ладонь выглядела помятой и формой напоминала лодочку.
– Ух, ты! – воскликнул Никита. – Это кто же тебя так?
– Неважно, – уклончиво ответил Пахомыч. – Важно другое…
– Оно конечно, – согласился Никита. – С такой-то лапой шары не покатаешь… Кий, может, и удержишь, а вот чтобы почувствовать его – ни-ни.
А если кий не чувствуешь, то какой ты игрок?
– Вот именно, – согласился Пахомыч, помолчал и сказал: – Это в прежние годы я был мастером! С кем я только не играл, кого только не обыгрывал! Вот тогда-то и знали Пахомыча! Весь юг объездил – от Тбилиси до Одессы! Знали меня, знали! Помнят и сейчас, но… – он развел руками. – Где сейчас те мастера? Как говорится, иных уж нет, а те далече… А какие деньги я зарабатывал с помощью кия! Каким богачом я был! В какой славе купался! Но все на этом свете рано или поздно проходит, а уж богатство и слава – в первую очередь.
– Я, дядя, тебе, конечно, сочувствую и соболезную, – Никита склонил голову в показушной скорби. – Вот только не пойму – для чего ты мне рассказал жалобную историю всей твоей жизни? Мне-то для чего ее знать? Что мне с того? Какой прок?
– Да прок-то есть…
– Ну, и какой же?
– Скажи, ты когда-нибудь пробовал играть в бильярд на деньги?"
"– Это с кем же? – фыркнул Никита.
– С теми жизнерадостными дачниками, которые с утра до ночи толкутся в бильярдной? Я им предлагал, так они меня чуть не побили! Они же за копейку удавятся!
– Нет, не с дачниками, – сказал Пахомыч. – А с настоящими мастерами.
– Так где же их взять? Ты же сам сказал, что они все повывелись!
– Ну, кое-кто остался… – осторожно вымолвил Пахомыч.
– И что же, играют?
– Играют.
– На деньги?
– На деньги.
