У меня все спят по местам, если, конечно, есть такая возможность. Чтобы мне знать, кто где в данный момент находится, – пояснил он.
– То, что спит, это хорошо, – сказал Волошко. – Люблю иметь дело со спящими. Они такие тихие!
Шутка была немудрящей, но она тем не менее разрядила всеобщую атмосферу напряженности. Все, включая комбата, улыбнулись.
– Пошли, – сказал Ольхин ротному и взводному одновременно. – Запоминайте, что надо делать. Приходим в расположение. Все делаем тихо и осторожно. Взводный ведет нас к месту ночлега.
Кстати, где ночуют бойцы?
– В окопе, где же еще? – пожал плечами взводный. – Ночи – теплые. Почти лето.
– Замечательно, – сказал Ольхин, взглянув на взводного. – Вы незаметно указываете нам на Рыбакова, мы на него тотчас же наваливаемся, вы и ротный нас страхуете. Ну и рявкнете на бойцов, если сдуру вздумают вмешаться. Задача ясна?
– В общем, да, – с сомнением произнес ротный. – Да только…
– Что? – отрывисто спросил Ольхин.
– Сложновато как-то все у вас получается… Может, поступить проще? Скажем, что бойца Рыбакова срочно вызывает командир взвода.
Обычное дело. Он, значит, явится, тут-то мы его и возьмем.
– А если он что-нибудь заподозрит? – спросил Ольхин. – Ты думаешь, он не догадывается, что мы его ищем? Еще как догадывается. Чует… Такие – всегда чуют… И вот: заподозрит – и даст деру. Или начнет стрелять? И попадет прямо в тебя? Ну?
На это ротный ничего не ответил, лишь молча развел руками.
– Таких, браток, надо брать внезапно, – Волошко положил ротному руку на плечо.
– Наскоком. Только так, и никак иначе.
– Как «языка»? – усмехнулся ротный.
– Приблизительно, – сказал Ольхин. – Ну, пошли, что ли…
Ах, если бы все всегда происходило так, как мы того хотим! Как бы просто нам жилось на свете! Но почти ничего и никогда не происходит в соответствии с нашими задумками. Мы планируем одно, а на деле получается совсем другое. А отчего оно бывает именно так, поди разберись. Никто этого не знает. Просто таков таинственный и непостижимый закон жизни.
И вот точно так же, в полном соответствии с этим самым законом, все и случилось.
Да, действительно, Никита Филиппов, скрывавшийся под именем красноармейца Афанасия Рыбакова, находился в расположении взвода и спал в окопчике. Спал и, что называется, не чуял никакой для себя беды. И тут-то его разбудил один солдатик, который с некоторых пор считал Никиту своим лучшим другом. Умел Никита Филиппов располагать к себе людей, что уж тут говорить! Вот и того солдатика расположил тоже.
