И дальше что? Сказать в ответ мне нечего… Вряд ли Ростислав скажет мне что-то особенное, уникальное…
Просыпаюсь от касания его горячих, дрожащих пальцев. Разлепляю глаза, прищуриваюсь. За окном брезжит рассвет. Тонкая полоска оранжево-красного неба разливается по крышам домов и раскрашивает листья деревьев.
Почему он не остался у своей Милаши подольше? Я никогда не контролировала его ночные отлучки в больницу. Не мучила звонками или сообщениями.
– Рост… Что-то случилось? – бормочу сонно.
От него пахнет гелем для душа и одеколоном.
Тоска безжалостно сжимает горло… Словно в тиски заключает, пытаясь выбить из меня стон. Как я его любила… Так сильно, что говорить не могла, дышать, двигаться… Целовала его, гладила чисто выбритые скулы и шептала беззвучно: «Люблю, люблю… Я так тебя люблю. Не выживу без тебя и дня».
Чушь это все… Я выжила. И другие тоже преспокойно будут жить после измены любимых.
– Лидочка моя… Родная моя…
Рост сцеловывает слезинки на моем лице. Тянется к губам. Не понимаю ничего… Разве так себя ведут мужья после визитов к любовницам?
– Рост… Ты же не спишь у нас? Скажи мне, что…
– Просто… Соскучился по тебе безумно.
Ты против?
– Ну… Не знаю. Я думала, ты против. У нас так давно не было и…
– Не болтай, жена.
Я терплю, пока он ласкает меня и присваивает. Не готова я сейчас вывалить ему правду и свалить из дома с гордо поднятой головой. Во-первых, предъявить мне ему нечего. Мне ведь могло привидеться, так? Во-вторых, свекры никогда не отпустят со мной Ванюшу.
Уйти я смогу только одна… А это значит, ребенка я вряд ли увижу… Меня сюда на пушечный выстрел не пустят… К такому я не готова.
Потому… обнимаю широкие плечи мужа и целую его в ответ. Ненавижу себя за слабость… За реакцию проклятого тела на предателя. Отдаюсь ему со всей страстью, на какую способна… В последний раз можно. В глаза его смотрю – серые и бесстыжие, губы целую, вдыхаю родной аромат, понимая, что никогда не прощу…
Плевать на его мотивы – я не прощу все равно… Смаргиваю слезы, представляя ЕЁ на моем месте… Он же только что домой пришел.
Не наелся сладенького?
Рост удовлетворенно сползает с кровати и уходит в душ. Тысячу раз говорит мне, как сильно любит меня и ценит… Как я ему нужна. Милые поссорились? Что-то здесь не так…
Интуиция ревет внутри. Меня колотит от чувства опасности. У матерей оно рождается вместе с малышом. Женщины вообще по своей сути более чувствительные, тонко чувствующие натуры… И я верю себе.
