Граф с супругой скоро присоединятся к нам, а пока мы сможем поговорить по дороге к вашему дому, - он красивым движением подставил свой правый локоть, и я, уложив на него ладонь, двинулась к выходу. Мне нужно было найти Лидию, потому что без нее отправляться в дом с мужчиной я не могла.
Если бы не такое изменение с герцогом, я бы обязательно посмотрела свысока на Люсию, ведь к этому дню я подготовилась с особой тщательностью: Жанэт уложила волосы, которые после ее масел стали блестящими и тяжелыми; выбрала из новой тройки платьев изумрудное, с рукавом - фонариком до локтя, но закрытым воротничком и корсетом, повторяющим каждый изгиб молодого и крепкого тела.
Думаю, на пользу мне пошла именно ежедневная разминка с дровами, да и тренажеров Вариса я не гнушалась.
Когда мы сели в карету герцога, он наклонился вперед и, не обращая внимания на Лидию, взял мои ладони в свои.
— Сейчас все позади, моя дорогая графиня, моя невеста и моя спасительница, - мягко и как-то особенно тепло произнес он.
— Спасительница?
— Именно. Мне пришлось навестить брата, чтобы в последний раз предложить ему переговоры, но он повел себя не по чести. Мне пришлось бежать. Долгий месяц я добирался до столицы, скрываясь от преследовавших меня людей. Вернулся я только пару дней назад. Когда однажды заснул в лесу, именно ваш голос, графиня, разбудил меня. Я замерзал возле погасшего костра.
— Мой голос? – не найдя, что ответить, я продолжала рассматривать его черты, ставшие более острыми, дикими.
— Да, вы словно будили меня у вас в замке. Вы звали меня на помощь, кричали, что я нужен Грегори, и если не я, вам никто не поможет.
— Это ужасно, Амир, - по моим рукам и спине прокатились мурашки.
Карета тронулась, и мы выехали в сторону дома.
*** *
Когда я узнала все о своем будущем муже и его брате – нынешнем короле Асталии, мне стало немного стыдно за свое поведение и свои мысли. В нашем мире тоже были времена, когда женщины шли за мужьями и строили быт там, куда приведёт их судьба и долг.
Те же, кто избегал этого, обрекал и себя, и свою семью на постоянный побег от жизненных перипетий.
— Я хочу извиниться, Амир, - ответила я, как только карета остановилась возле крыльца нашего поместья и Лидия вышла из нее.
— Вот вам, моя дорогая, точно не за что извиняться, - снова взяв мою ладонь в свою, ответил Амир. Выходить ни он, ни я не торопились.
— За то, что заставила вас беспокоиться в и без того сложное время.
