Особенно, когда в столице проходили балы, - отстраненно, словно вспоминая то время, ответила Лидия, и меня словно обухом кто-то ударил!
— Лидия, у нас же здесь есть поместье!
— Да, госпожа, только вы тогда, в дороге были непримиримы и не давали мне и слова сказать. Я хотела направить конюха туда, но вы приказали ко дворцу. Вот он и остановился на постоялом дворе по пути, чтобы не мерзнуть в темноте у стен.
Я только сейчас поняла, насколько мой разум стал негибким, когда с Грегори это случилось. Я словно медведица, потерявшая своего медвежонка, тупо следовала по следам, совсем забыв о том, что нужно осмотреться, принять к сведению все детали, а потом только действовать.
— Далеко до поместья? – совсем не жалея, что ночевала на постоялом дворе, спросила я Лидию. Здесь я узнала много новостей, а последняя моя мысль о брате уж больно походила на правду. Молилась я про себя о том, чтобы я оказалась неправа.
— Далеко, госпожа, если нам с рассветом ко двору, то не успеем. Нужно город весь проехать. На окраине, за дворцом королевским.
— Хорошо, тогда, собери пока всё, мы сюда не вернемся больше, - радуясь, что попаду, наконец, в свой дом, осмотрюсь там и никого вроде графини Корруар, не напрягая, буду жить в столице все необходимое мне время. Пока не найду моего мальчика.
Карета графа ждала меня у ворот. Кстати, карета зимняя отличалась от летней только тем, что была переставлена на полозья. На мой взгляд, в санях, заваленных соломой и заложенных меховой рухлядью, было много удобней и теплее, нежели в коробке с лавкой.
Мне, видимо, следовало пересесть к графу, чтобы въехать во дворец. Для этого его возница открыл дверь, и граф легким наклоном головы дал понять, что ждет меня внутри.
Я не противилась. Цель у меня была одна. А как я туда въеду - десятый вопрос. Хоть на велосипеде.
Ворота открылись неожиданно. Вышли стражники, просматривая пару рядов каравана. Некоторые ожидали открытия с ночи. От этого земля вокруг дороги вся была усеяна небольшими, уже не горящими, но дымящимися костровищами.
Люди грелись.
Вперед пропустили три карете, среди которых была наша с графом. Я впервые проезжала в эти ворота и поражалась толщине стены. Она и правда была метра три, если не больше. А ворот было три пары. Значит, если сломать первые, во двор вы еще не попадете. Следующие двое не слабее, а может, даже и крепче: обиты толстым железом, огромный засов явно смастерен под здоровенный брус.
Замок тоже представлял собой крепость, и ворота были лишь первым бастионом.
