— Кариса, есть у меня чего надеть? Или я раньше в этой рубашонке и бегала? Графиня, - хмыкнула я про себя, но тут вошла с деревянным ведром, от которого шел пар, Лидия.
— Я все дам, как только помою вас, госпожа, - выпалила она и потащила меня к лохани."
"Ладно, хоть так. Потом разберемся с гигиеной! Сначала надо придумать что-то про еду, иначе, и вовсе все тут загнемся и без войны, - подумала я, а в голове моментально сложилась частушка:
В животе моем лягушка
Квакает от голода,
Повезло, что я графиня
Даже и без золота![1]
Лидия велела встать в деревянный таз, который доходил мне до колен.
Я не стала спорить и искать другие возможности. Но мысли о бане меня просто не отпускали: усадить свое тело в горячем сухом помещении, вдыхать запах березовых веников, распаренных и будто помолодевших в деревянной бадье, полить этот ароматный настой на каменку, чтобы захватило дух.
Девка полила меня теплой водой, намылила в миске со странным раствором тряпицу и принялась тереть. Кариса задремала опять, и меня это сейчас беспокоило не меньше голода.
— Вели принести сюда лавку, что пошире, и придумай, чем застелить, - сказала я Лидии, когда она попросила меня присесть, чтобы помыть голову.
Тут за дверью кто-то крякнул, и я автоматом прикрылась и присела в таз поглубже.
Лидия открыла дверь чуточку и высунула туда нос. Потом что-то прошептала и закрыла.
— Если рыбу принес, неси на кухню, прокричала я уже в закрытую дверь, – У нас тут проходной двор какой-то, Лидия. Знаю, что люди здешние, но все равно….
- стало понятно, что если раньше что-то и работало, даже может как часы, но теперь эти люди были единственным, что у меня было
— Сделаем, госпожа, скажем, чтоб не бродил, - почему-то моя служанка говорила о себе во множественном лице, прямо как королева: «Наша воля», «сделаем»… если она по привычке еще с тех пор, когда народу здесь было как килек в банке, тогда понятно.
— Уж сделайте, а чего он приходил-то? – поинтересовалась я.
— Воды еще принес, да нам и этой хватит, - уверила меня Лидия, но когда я заметила, что голову она мне моет той водой, уже в корыте, меня подкинуло, как ошпаренную:
— Я тебе дам, этой водой.
Неси ведро, что за дверью, и помоем ее чистой, - у меня снова получилось сказать так громко, что Кариса подскочила и вышла из-за кровати. Наконец я увидела ее в полный рост. Она была мне чуть выше плеча.
— Кто там? Что случилось, госпожа? Напали?
— Ага, напали… Лентяи напали на наши «крайние земли», да от своей лени да глупости все спустили.
