- Неужели Бог решил дать мне еще одну жизнь? Неужто заслужила? - подумала я, улыбнувшись и посмотрев в туманное небо, прошептала: - Спасибо, Господи. Ты мне только силы и ума дай, а я не подведу.
Кариса что-то пробормотала во сне. Я дождалась, когда она снова захрапит, оторвалась от подоконника, прошагала к кровати и, стянув с нее одеяло, накинула его на Карису.
Угли в камине покрылись белым. Я не могла понять – зачем топить камин, если окна нараспашку? Люди здесь или глупые совсем, или я чего-то не понимаю.
Я дошла до двери, снова прислушалась к своим ощущениям. Все было хорошо, если не считать воющего, как собака Баскервилей, желудка. Коли найду кухню, то отыщутся и пара картофелин, а может даже какая крупа, - размышляла я, выйдя за дверь.
Темный квадрат пола, такое же, как в комнате, небольшое окно и огарок свечи на нем. Больше дверей тут не было. Каменная лестница впереди терялась за поворотом. Винтовая? Никаких тебе половиков, никаких обоев. Камень был везде, куда ни посмотришь.
Ноги моментально замерзли, да и сырость от тумана оставляла на полу росу не хуже, чем на траве. За поворотом лестницы я увидела ее окончание и большой зал внизу. Рассветные лучи пробивались сквозь белую пелену, и становилось светлее.
Два массивных стола, лавки, две деревянные двери, обитые по углам железом. подняв голову, я увидела три лестницы наверх. по одной из которых я спустилась.
Интересная постройка. Неужели сложно было сделать одну для всех? Большую площадку и с нее входы в комнаты? А потом я поняла, что этот зал не имел второго этажа вовсе.
Вверху и внизу были окна. И даже верхние были открыты настежь. Проветривают они здесь, что ли?
Все это очень походило на средневековый замок. Небольшой, или, может, это только часть его? Я, конечно же, надеялась, что вижу очень длинный, яркий, в чем-то даже интересный сон, но готова была к тому, что все окажется правдой.
На толстых веревках ровно посередине между полом и потолком висят две деревянные люстры.
На них, как зубы во рту старика, торчат пеньки - огарки свечей. Ими явно никто очень долго не пользовался – качающаяся паутина такая плотная, что из нее можно было прясть пряжу.
— Да, Валюша, кому скажи, не поверят, - прошептала я себе под нос и пошла к высокой двустворчатой двери, которая, скорее всего, вела на улицу. Мне показалось, что за дверью я найду что-то много интереснее, чем еда, которую я, возможно, и могла разыскать на кухне.
