— Как это понимать? — рявкнул я на уже немолодую темноволосую женщину, явившуюся на мой зов, тряся перед ней древним документом, пребывая в таком бешенстве, что мне уже было плевать, как это выглядит и что с этим свитком случится.
— О чём вы, ваше величество? — округлила глаза настоятельница Ваота, спокойно так перекатывая в пальцах гранатовые чётки. Но что-то в её взгляде, зацепило моё внимание, заставив насторожиться и наконец взять себя в руки. Что-что, а видеть, когда мне врут, я научился в совершенстве.
Слишком уж остро ощутил на себе, что бывает, если ведёшься на ангельский вид и невинные глаза.
— Не увиливайте, Матушка. Я вижу, что вам известна причина моего гнева. Вы видели это?
— Каким образом, ваше величество? Я ведь не могу его взять без единственных Сэйнаров, Вас, или вашего сына. — вскинула брови главная служительница Великой Праматери. Теперь в её глазах уже откровенно читалась мягкая усмешка.
Прищурившись, я несколько секунд буравил её взглядом, пытаясь понять, где подвох и как к нему подступиться.
Входить с этой женщиной в откровенный конфликт себе дороже. Она, хоть с виду мягкая, да только там стальной характер и бездна влияния. Да и нечего нам делить. Было. До сих пор.
— Хорошо. — включил пресловутое обаяние Сэйнаров и улыбнулся, как можно… добрее. — Я извиняюсь за свою вспышку. Окна вам восстановят в ближайшее время, плюс добавлю к этому щедрое пожертвование от казны, за причинённый ущерб.
А теперь будьте добры, объясните мне, как такое возможно, что в Свитке, без проведённого обряда и моего ведома, появилось имя моей новой жены.
— Что, правда, появилось? — теперь уже более натурально удивилась настоятельница. — Позволите взглянуть?
Я протянул ей свиток и женщина осторожно приняла его из моих рук. Развернула и вчиталась в соответствующие строчки.
— Действительно появилось. — протянула она и даже пальцем провела. — Что ж, не желаете ли пройтись в мой кабинет, ваше величество.
У меня есть, что вам рассказать.
Не желал ли я? Нет, не желал. Хотелось узнать всё немедленно и не сходя с места. Но рассудив, что такие вещи лучше обсуждать за закрытой дверью, лишь кивнул и последовал за настоятельницей.
А в кабинете Матушки Ваоты, на меня обрушился новый удар, почему-то именуемый благословением. На мой вопрос, что же она такого хочет мне рассказать, женщина начала свои откровения издалека.
