— Что ж, тогда не смею вас больше мучить своими вопросами. И признаюсь честно, рад узнать, что мой друг влюбился в другую женщину, а не в бессердечную тварь, которая всего лишь ничего не помнит.
Что? Он сказал?…
— Влюбился? — оторопело переспрашиваю я. — Вы ошибаетесь! Его величеству я всего лишь нужна…
— Для продолжения рода? — кривит губы в понимающей усмешке. — Значит, мне не показалось, вы там были и всё слышали. И даже поверили. — он склоняет голову набок, препарируя меня взглядом. — Самое забавное, что и он сам, возможно, верит.
— А вы нет?
— А я не вижу смысла делиться информацией, если не получаю ответную услугу. — бесстрастно произносит он, и добавляет, как ни в чём не бывало. — Вы отдохнули, нам пора двигаться дальше. По моим расчётам до выхода осталось недалеко.
Вот гад! Белобрысый, бессовестный, бессердечный! Как он меня! Поманил конфетой, намекнул на то, что мне отчаянно хотелось услышать, и щёлкнул по носу. И теперь думай-гадай, он правду сказал, или бросил приманку, чтобы я созналась, что слышала их разговор.
Для чего, только не понятно. Ничего особо важного, кроме того, что король хочет сделать мне много детей, там и не звучало. Может ему просто любопытно было, показалось, или нет? Неразгаданный секрет, как личный гештальт? Вполне может быть. Только мне от этого не легче.
И снова он хромает впереди, а я сзади. И на полном серьёзе примеряюсь к подтянутой заднице.
— Не советую меня пинать. Я могу и отомстить. — словно чувствует мой взгляд его несносное белобрысое сиятельство.
— Отпинаете в ответ? — с нескрываемым сарказмом спрашиваю я.
— Что вы. Просто буду молчать до самого выхода из пещеры.
Хочется сказать, что и чёрт с ним, но на самом деле для меня сейчас это страшная угроза. Ну боюсь я пещер, оказывается. И понял ведь, хитрый жук. Приходится отказаться от заманчивой идеи. Но ничего, я ещё придумаю, как отомстить.
Лелея мечты о возмездии, я далеко не сразу обращаю внимание на странный хруст под ногами. А когда обращаю, сначала не могу понять, что это валяется на полу.
Пока взгляд не цепляется за маленький такой премаленький череп. И ещё один, и ещё, и много-много беленьких тонких косточек. Будь я менее усталой, наверное бы даже закричала, а может даже попрыгала с визгом, а так стою, как отупевший истукан и пытаюсь сообразить, что для нас значит сие кладбище пещерных животных.
— Скажите, что это массовое захоронение летучих мышей означает скорый выход. — прошу я жалобно.
— Полагаю, что означает.
