— Могу ли я узнать подробности расследования моего отравления? Конечно же потом, после ритуала. — поворачиваюсь к наблюдающему за мной Яргардом. — Может вспомню что-нибудь.
— Как пожелаешь, жена моя. — улыбается король, отчего создаётся впечатление, что его наша конфронтация с Гиерно явно забавляет. Небось и тут выгоду извлекает.
А потом этот манипулятор венценосный берёт меня за правую руку и прежде, чем я успеваю осознать, целует моё запястье, внутреннюю сторону, прямо то самое место, где похожая на мехенди красуется замысловатой вязью обновлённая брачная татуировка.
Я-то её прятать не умею пока, да и не буду уже. А смысл? И это все видят. Он что нарочно всех провоцирует?
— Это всё, лорд Гиерно?
— Нет, ваше величество. Я прошу дать указ о допросе графа Стэйвана в связи с подозрением в пособничестве. — натянув на лицо маску полного безразличия, отвечает безопасник."
"— Даю. Только будь добр, делай это после ритуала. Ты сейчас нужен здесь. — со стальными нотками заявляет король, а затем поворачивается к настоятельнице, что всё это время молча наблюдала за всеми.
— Уважаемая Ваота, всё готово?
— Конечно, ваше величество. Нашей королеве осталось лишь добровольно подставить чело. — с самым серьёзным видом произносит проводница божественной воли, а в глазах пляшут насмешливые смешинки.
Она приглашающе показывает рукой на огромную распахнутую дверь, за которой виден большой зал с тремя статуями. По центру — красивая величественная женщина вне возраста, а по бокам и чуть позади от неё двое мужчин, один светлый, другой тёмный.
Боги этого мира. Перед ними алтарь, а на нём лежит штуковина, которая и пугает меня. С виду красота неописуемая, словно венок из тончайших изящных веточек, усыпанных бриллиантовыми цветами и изумрудными листьями. А в голове всплывают слова Яргарда услышанные утром. Он тогда сообщил мне, что я должна буду сегодня принародно одеть божественный венец, и выстоять в нём, пока настоятельница с балкона в храме будет восхвалять Богиню и её сыновей. Как-то не понравилось мне слово “выстоять”.
— В чём подвох? — не пряча подозрений спросила тогда я.
— Этот венец может носить на голове лишь та, кто действительно может быть королевой. По силе, по крови, по духу. По тому, насколько легко выдерживает невеста Сэйнара, а в твоём случае жена, эту ношу, и судят насколько богиня благоволит этому браку.
— А если нет? Что тогда?
— Это больно. Очень. Иногда невыносимо. — признался Яргард.
— А Тэрэса? Она выдержала?
— Да. Но с трудом.
