В Бриксии мы смогли получить доступ к архивам и расширить имеющуюся карту мира. После того как я использовала почти все свои осколки и всегда была готова их заряжать, изначальная территория Валледа была быстро отмечена на картах, но ни один из родов, даже самых древних, не подходил под имеющийся знак на кольце. Только в Бриксии, после того как были установлены стабильные отношения, нам подсказали, где искать территорию этого рода.
Я отправилась туда самостоятельно со своим старым отрядом — не могла иначе. Не после того, как потратила годы на загадку кольца с координатами.
Джоэл теперь был настоящим профессионалом, он выполнял эту работу тысячи раз и быстро определял, в какую сторону нам двигаться. Мы продолжали находить старые зачарованные артефакты, но все это было не тем.
А потом мы нашли старый алтарь со знаком, который я не могла игнорировать — ноль градусов. И тогда я поняла, что нашла ее, отправную точку.
Следуя теории Хораса Тенбрайка, я повернула сначала на восток, а потом на север, и на рациканах мы быстро достигли цели.
Присутствие Джоэла значительно упрощало задачу — он чувствовал артефакты в земле на расстоянии, и мы без проблем нашли очередной погребенный храм.
Дар воды послушно льнул к рукам, после многих лет тренировок и практики, вычищая храм от ненужного песка, вымывая его наружу, и вскоре мы смогли спуститься вниз, где под одной из плит обнаружили зачарованный тайник с журналом.
Я знала, чувствовала, что нужно было возвращаться. Я нашла то что искала, а дома, в Валледе, меня ждала огромная семья и куча обязанностей.
Отпуск закончился.
Феликс был против этой поездки и считал, что Алистер прекрасно справился бы один, но я была непреклонна. Опасность похищения всегда существовала, но почти все в мире думали, что муж подобрал мне неизвестный смертельный артефакт защиты. После того как трое моих похитителей за первые пять лет брака таинственно истекли кровью и я спокойно вернулась во дворец, попытки нападения значительно сократились. Но Феликса беспокоило не это, а то, что путь туда и обратно займет больше двух недель, плюс время на поиски артефакта, и что я буду вдали от семьи, вдали от наших пятерых детей.
Вдали от него.
Я утопала в его любви и внимании. Феликс, казалось, всячески пытался компенсировать мне “неромантичность” нашего сближения, того, что у нас не было нормальной свадьбы. Он приказал сделать из моей спальни кабинет, и вопреки всем протоколам мы официально жили в одной комнате.
