Я, наклонив голову, смотрела на принцессу. Она была одновременно умнее и наивнее, чем я думала на самом деле. Ведь если женщина контролировала мужчину, короля, пусть и временно, она же контролировала и всё остальное.
— Вы не поверите в это, но внимание мужчины настолько недолговечно. Фаворитки — неизбежное зло, но лучше знать о них заранее, чем позволять себе привязываться к мужу. Надеюсь, вы будете готовы к этому, когда с вами случится подобное, — девушка смотрела на меня почти наставительно, несмотря на то, что была намного моложе.
— Я никогда не собиралась вступать ни в какие битвы, Ваше Высочество. Ни с вами, ни с другими фаворитками. Я бы никогда не согласилась быть второй, не стала бы фавориткой Феликса или кого-либо ещё.
— Как я и говорила, вы так наивны, — с лёгкой улыбкой отозвалась принцесса. — Никто бы не спросил вашего согласия. Думаете, кто-то спрашивал меня? Нет, но я знаю свою роль и не была такой категоричной и наивной. Все мужчины одинаковы, и когда-то Феликс Второй найдёт себе фаворитку, тогда вы и вспомните мои слова.
Я улыбнулась в ответ, но улыбка не затронула моих глаз.
— Возможно. Но тогда последует развод. У меня есть жизнь за пределами двора. Вы можете называть меня наивной, но придворная жизнь и общественное мнение для меня не имеют значения. Я бы вернулась на свои земли и занялась их развитием. И в моем случае, людям, которые действительно что-то решают нет никакого дела, насколько я хорошая или добрая с потенциальными любовницами моего мужа. Моя ценность для всего мира, включая вашу семью, — я понизила голос до шёпота, — определяется моими ещё нерожденными детьми.
Хотела бы я, чтобы это было не так, но у нас с вами очень разные ситуации и не стоит нас сравнивать.
Принцесса замерла в молчании, потерянная, явно не ожидая такого ответа. Я же улыбалась дружелюбно. Она пришла сюда, ожидая найти напуганную баронессу, оказавшуюся магом воды и не имеющую понятия о реалиях королевского двора, о том, что значит быть королевой. Она пришла показать, насколько она мудрее и опытнее меня, рассказать, что она давно все видела и играла в собственную игру, но для меня всё это было глупостью.
Я не видела никакой мудрости в том, чтобы терпеть измены и дружить с любовницами. Даже мысль об этом была абсурдна. Если у женщины есть собственное дело, собственная жизнь, она никогда не будет довольствоваться подобным. И единственная причина, по которой многие королевы мирятся с этим, — это потому что двор и король — и есть их жизнь.
