Я не знаю сколько сижу, но телефон в кармане джинсов настойчиво вибрирует. Достаю его и, заметив номер Ярослава, сбрасываю вызов.
Выхожу из остановки, вижу один-единственный автомобиль, который мчит на большой скорости и резко тормозит, едва замечает меня.
Ярослав выходит на улицу и протягивает мне зонт. Поздно, конечно, ведь я успела промокнуть. Но всё равно чертовски приятно.
— Привет, — бросаю ему. — Поехали?
Я пытаюсь обойти автомобиль, но Яр хватает меня за плечо и резко разворачивает к себе лицом.
— Стоять!
Расстояние между нами не больше метра.
Жаров смотрит внимательно и долго. Жмурится, плотно сжимает челюсти до появившихся играющих желваков. Капли дождя стекают по его красивому лицу и попадают на футболку. Это я сейчас стою под зонтом. Ему не повезло.
— Что-то случилось? — спрашивает меня.
— Всё в порядке. Поехали скорее, я спать хочу.
— Соня, — тяжело вздыхает Жаров, борясь с раздражением. — Я тебе не враг. Ни тогда, ни сейчас. Говори немедленно.
Глава 12
* * *Я замечаю мать в длинном дождевике.
Она быстрым шагом направляется в нашу сторону и оглядывается по сторонам. Яркий свет фар почти полностью освещает улицу и слепит ей глаза. Мама поскальзывается и едва не падает в липкую жижу. Мне всё равно её жаль, даже сердце сжимается. После всего того, что она наговорила мне… разве это нормально?
— Соня! — машет рукой мама.
— Иди в машину, — командует Ярослав.
Мне бы возмутиться и поспорить, потому что он не имеет никакого права приказывать, да и вообще теперь мы друг другу никто, но проблема в том, что в данный момент я действительно не хочу общаться с матерью.
В глаза ей смотреть не могу.
Я отдаю зонт Жарову и юркаю в машину. Кое-как нахожу, где включается печка и пытаюсь отогреться, но это бесполезно, потому что холодная липкая одежда этому никак не способствует.
Яр перепирается с моей мамой, затем уверенной походкой направляется в сторону дома Романа Геннадьевича. Не повернётся язык назвать его своим или нашим.
Я ёрзаю на сидении и не знаю, куда себя деть от волнения.
Ни капли не переживаю, что отчиму влетит. Вовсе не психую, что Ярослав будет злиться или угрожать членам моей семьи. Он ведь догадывался о домогательствах отчима ещё в день нашей свадьбы и гораздо раньше. Чувствовал, что не всё так просто, потому что Роман Геннадьевич никак не хотел отпускать меня в город. Оказывается, дело было не в том, что он боялся моего залёта. Просто хотел меня. И ждал, что рано или поздно возьмёт если не добровольно, то силой.
