— Представляешь, после тренировки случайно встретила Владимира Станиславовича. Клянусь, когда он заметил внучку, то его перекосило от удивления. Он так и прошептал: «Ве-ра».
— Если он хоть одно кривое слово скажет — я вытолкаю его из дому.
— Не скажет. Яр, Яричек, мой хороший. Пожалуйста, дай ему возможность исправиться. Вдруг что получится?
Владимир Станиславович проходит в дом. Мешкает, когда видит сына. В последнее время они сухо общались лишь по работе. Две нерушимые глыбы.
— Привет, — обращается отец Яра к внучке.
— Я не знал, что тебе купить, поэтому вот… выбрал то, что посоветовали в магазине.
Вера насторожено принимает презент. Распаковывает, открывает коробку. А там… кукла! Я ахаю, Булочка хмурится.
— Не нравится? — интересуется Владимир Станиславович.
— Спасибо. Но скажу по секрету — я не играю в куклы, — деловым тоном сообщает дочь.
— Правда? Ого. А во что же ты играешь?
— В машинки. Папа мне их постоянно покупает. Маленькие, большие. Грузовики, самосвалы, тракторы, гоночные.
— Ладно-ладно.
Понял, что налажал, — растерянно разводит руками мужчина. — Покажешь мне свой автопарк?
— Покажу, конечно. В следующий раз, когда приедешь в гости — точно будешь знать.
Мы собираемся за большим обеденным столом на летней террасе. Стоит ли говорить, что желает каждый из присутствующих? Непременно много-много детей. Чтобы бегали по двору и радовали нас громким смехом.
Я украдкой смотрю на Ярослава, переплетаю наши пальцы. В задумчивом взгляде мужа так много всего читается. Он уже заговаривал о детях, а я всё не решалась.
Сначала проходила восстановление, зачем поступила в вуз и вернулась к тренировкам. Это была последняя попытка. Третья. Илья Степанович рассмеялся, когда увидел меня на корте. Сказал, что всегда ценил во мне настойчивость.
Когда солнце садится за горизонт, гости начинают расходиться по домам. Я каждому вручаю кусочек праздничного торта и от души благодарю за подарки."
"— Давай я заберу с собой Веру? — предлагает мне бабушка.
— Вер? Ты как? — спрашиваю у дочери.
— К бабушке? Да! Конечно, да!
Она живо поднимается на второй этаж и складывает в рюкзак игрушки. Одежду помогаю собрать я.
Спустя пять минут дочь сидит в такси и машет нам на прощание рукой.
В доме неожиданно воцаряется такая пугающая тишина, что по коже гуляет мороз.
— Вроде неплохо посидели, — обращаюсь к Ярославу.
Он подходит ближе и подхватывает меня на руки. Усаживает на гладкую кухонную поверхность.
— И отцу твоему не пришлось бить рожу.
