Давлю на затылок, кусая нижнюю губу. Такая сладкая, не оторваться.
– Хал… Мы играть хотели.
– И я сыграю с тобой, девочка. Игры разные. И призы тоже, - веду пальцами между её ног. Бля, даже сквозь свои брюки чувствую, насколько она влажная. От одного поцелуя потекла. – Значит, факт о тебе. Кто-то тебя обидел, пока ты спала. Старался навредить. Теперь вопрос – кто и почему?
– Это два вопроса.
– Тогда по-другому. Что произошло Ада?
Сгибаю ноги в коленях, и девушка откидывается на них. Прикрывает глаза. Уверен, ищет уже вариант, как напиздеть мне.
Но Ада открывает глаза и я понимаю.
Нихера. Сейчас скажет правду.
Девушка не плачет, ни намека на слёзы. Но в глазах – застывшая сталь, холодящая. Будто Ада уже представляет, как расправится с теми, кто когда-то обидел.
Но это не обязательно. Я могу быть палачом за неё.
– Я была в детдоме, Хал. Люди там жестокие. Что воспитатели, что дети. Я… Не помню, на самом деле. Наверное, мы поссорились из-за вещей или что-то такое. Не суть. Но проснулась я от того, что меня пытались задушить.
Мне было двенадцать. Так что… Да, сплю я чутко. И не стоит трогать шею.
Слушаю, киваю. Прикидываю сколько лет сейчас Аде, сколько времени прошло. И если те гниды остались живы, то их можно закопать. А сначала показать, что беспредел нужно творить в одном случае – когда уверен, что ответку выдержишь любую.
– Ты им отомстила? – спрашиваю, заправляя спутанные пряди за ушко. И оставляю ладонь на щеке. Ада в жалости не нуждается. Но этот вариант принимает. – Поставила на место?
– После они боялись засыпать со мной в одной комнате.
Моя сильная девочка.
Через какой ад тебе пришлось пройти?
– Ну. Теперь мой факт о тебе… Ты… Ты из родом из Азербайджана.
– Слишком просто. Но вперёд, задавай вопрос, колючка.
– Какой у тебя план на меня? Что ты собираешься делать?
– Трахать тебя так, чтобы срывала голос и кончала на мне. Вырезать из твоей жизни Яна. А дальше – посмотрим.
Ада поджимает губы, вся собирается, как перед броском. Не двигается, но взгляд снова горит.
Распаляет желание опрокинуть на спину и воплотить свой план в жизнь.
Но сдерживаюсь, сильнее впиваясь пальцами в её кожу. Чтобы даже сквозь загорелую кожу было видно мой след на ней. Помимо остального, что ещё ждёт Аду.
– Ада не твоё не настоящее имя, - пуляю фактом, в котором уверен. – Сокращение, максимум. Не Адель, как записано в паспорте.
– Не Адель. И?
– А теперь, Ада, - выделяю её имя, надавливаю пальцем на пухлые губы. – Назови мне своё настоящее имя.
