Потому что мы обе привлекли внимание не тех людей, а я оказалась слабее слабой Ники.
– В Испании, я знаю.
– Да? – широко улыбаюсь и отхожу от мужчины, направляясь к лифту. – Тогда в Испании.
Жму кнопку, постукиваю пальцами по железному каркасу. Наконец, вспоминаю, что сжимаю балетки пальцами, обуваюсь. Вижу застывшего Саида, который обдумывает мои слова.
Интриги – в этом были хороши девушки, не мужчины. Наверное. Потому что я вижу, что Хаджаев задумался, не спешит зайти в квартиру. И идёт ко мне, когда дверцы лифта раздвигаются.
– Где?
– В Турции. Стамбул, - поправляю на себе рубашку, которая принадлежит Халиду, не смотрю в сторону Саида.
– Ложь. Там видели тебя, фальшивые данные. Лгать мне опасно.
– Видели. А только что ты принял меня за Нику, нет?
Потому что теперь мы стали совсем похожими. Не знаю, сделала ли подруга что-то со своей внешностью после побега, но если нет – мы как две капли воды. Прямые темные волосы, одинаковый рост, фигура.
Кто-то в детдоме, когда я защищала Нику всеми силами, решил, что она моя сестра.
Она и стала ею, пусть и не по крови. Ещё один пунктом в моем списке тех, кого я должна защищать.
Поэтому Саиду, который впереди меня вылетает из дома, не стоит знать, что Ника последние два года обитает в Чехии. Договаривается с мужчиной, который так же ненавидит Хаджиева, собирается вот-вот вернуться в страну.
Улыбаюсь мужской глупости, подставляя лицо летнему солнцу.
А после встречаюсь взглядом с Халидом.
Теперь это точно он.
Халид
Ада явно не ожидает меня увидеть.
Теряется, выпускает наружу все настоящие эмоции: панику, злость, страх. Для той, кто привык держать всё в себе, её очень легко вывести из равновесия."
"И я получаю некое садистское удовольствие от этого. Разбирать её по кусочкам, находить все точки. Ада при первой встречи, когда называлась этим мягким Адель, казалось слабой, но дерзкой.
Потом же увидел, какая сила скрывается внутри неё. И это привлекало. И заставило давить, потому что Цербер привык ломать людей. Смотреть, как надолго хватит выдержки, как Ада будет бороться.
Она сопротивлялась, а я наслаждался. Искал новые способы, закручивал события. Но в этот раз собирался просто уничтожить, наказать за то, что посмела предать меня, подставить. Нарушила свое же слово не сбегать, если узнает, что за Цербером скрываюсь я.
Собирался.
А теперь всё возвращается к прошлому.
– У меня ещё минута, - выпаливает, приближаясь ко мне. Опускает взгляд, пытается играть смирную. – Ты не должен был приезжать раньше.
