Если авария Яна не добила, то я сам устрою.
– Хал…
Ада моргает часто, смотрит на своего ублюдка. А после вдруг срывается с места. Мчится ко мне, остаётся только подхватить. Даже забиваю на то, что платье задирается непривычно.
Обхватила торс ногами, жмётся. Маленькая такая, хрупкая. Только ради этого момента стоило выжить. Накрываю губы жестким поцелуем, грубым. Но сейчас мне нужно взять всё.
Адреналин сворачивает кровь, бьёт разрядом электричества по нервам. Трогать, касаться, целовать. Волнение угасает, что с ней может что-то случится.
Навредит кто-то.
– Хал… Я… Ты, - бормочет, заикается и сама меня целует. Впечатывает свои губы, царапает лицо ногтями. – Господи. Я… Как же я тебя ненавижу, сукин ты сын! Я тебя убью. Прикопаю. Вон, с делами почти разобралась. И совсем жалеть не буду!
– Конечно.
– Гад последний! – по плечу прилетает удар, не слабый, хорошо поставленный. – Мудак. Я тебе лучшие похороны организую. Сама всё сделаю, если у других не получилось.
– Как скажешь, колючка.
– И… Ненавижу!
Киваю Яну в сторону выхода.
Мужик понятливый, жить хочет. Поэтому быстро оставляет нас наедине. Позволяет сжать крепче Аду, запустить ладони под платье, провести по ягодицам.
– Послушай меня, - девушка говорит уверенно, смаргивает слёзы. Две крупные капли ещё срываются вниз, а меня кислотой шпарит. Чтобы никогда больше не плакала, не из-за меня. – Я с ролью вдовы почти смирилась. Два раза, Хал, два. Я была уверена, что ты мёртв. Поэтому… На третий – я восприму нормально. И если для того, чтобы остаться вдовой, мне нужно будет тебя убить – я это сделаю.
Ясно?
– Предельно.
– Я это не собираюсь терпеть, слышишь меня?
– Слышу. Понравилась власть, колючка?
– Именно. Я хорошо справлюсь. Только… Господи, Хал.
– Что ещё?
– Где Янар? Я… Я ведь думала… Что снова потеряла всех, что никого не осталась и цикл заново. Ты представляешь, что я пережила. Увидишь у меня седые кудряшки – это твоя вина.
– И всё равно будешь самой красивой. Разберёмся, Ада. Разрулю и больше подобного не повториться.
Пошли, - медленно опускаю девушку, не хочу ни на шаг отходить. – Твой сын был сегодня настоящим бойцом.
– Наш сын.
Колючка фыркает, направляясь к двери. Её ещё немного трясёт, но вытирает глаза и с прямой спиной выходит из кабинета. К нашему сыну. А я думаю, что готов ещё раз взрыв пережить.
Если Ада будет так меня встречать.
В слабака превращаюсь, которого штырит от девки. И ничего с этим не собираюсь делать. Устраивает всё, что с колючкой связан.
