Не сжимать плечи, защищаясь.
Халид хочет стать моим мужем, притащил в ЗАГС. Он сто раз мог меня убить, но не сделал этого. Повторяю про себя, как мантру. Инстинкты вопят, желание жить требует бороться.
Не подпускать огромную ладонь к шее, ведь её так легко свернуть. Придушить, убить меня. Так было в детдоме, оттуда все мои страхи. Но Халид – не мои «сокамерники».
Он не сделает мне больно.
Не сделает.
– Тише, колючка, - сгребает меня в объятия, едва ласкает шрам. – Такая умница у меня.
– С чего это ты на комплименты расщедрился?
– Ты учишься мне доверять – так и должно быть.
Но у меня ещё один аргумент припасён. Ты ведь сама назвала цену, правильно? За голову Цербера будешь со мной.
– Я не получила его голову.
– Мне приказать пацанам откопать труп и принести череп?
– Нет!
Возмущаюсь под громкий и раскатистый смех мужчины. Я, может, и сильная, но есть многие вещи, которых видеть не хочу. Как сказал Халид – я учусь ему доверять.
И если он сказал, что своими руками убил Цербера, то так и быть. Это прошлое, оно больше не может влиять на моё будущее.
Нужно отпускать и двигаться дальше.
Впервые, не в одиночестве.
– Отлично. Значит, цена уплачена. Теперь твоя очередь сдерживать обещания. Скажешь «да», поцелуешь меня и дашь надеть кольцо. План понятен?
– Вполне. Есть, сэр.
– Язва.
Как ребенку, хочется показать язык. Какое-то безумие, а я просто сильнее жмусь к мужчине. Вдыхаю его запах, наслаждаюсь близостью. Ворую каждую крупицу времени вместе. Будто пытаюсь восполнить те пять лет, что мы были порознь.
– Но у меня тут тоже перечень, - вздыхаю, запрокидывая голову. – Претензий. Во-первых, ты даже предложение мне не делал.
– Естественно. Я ставлю перед фактом, а не предлагаю. Возражения не принимаются.
– То есть, я не заслуживаю цветов, кольца и прочей мишуры? Мало-мальского предложения, чтобы было приятно вспоминать?
– Ты хочешь цветов? Реально? Или просто сейчас оттянуть время, потому что страшно?
– Ты бандит или психолог?
– По совместительству. Ты не любишь мишуру и прочее, тебе это не нужно.
Если бы я повел в ресторан, с музыкантами и кольцом в десерте… Тебя бы это не подкупило.
– Можно было на подушке, после секса?
– О да, куда романтичнее, когда ты вся в моей сперме.
Вспыхиваю мгновенно, пытаюсь пнуть мужчину. Ну как можно говорить такие грубости, когда нас уже зовёт регистратор? Получаю шлепок по заднице, как справедливое наказание.
Насилие за насилие, ага.
Халид крепко сжимает мою ладонь, практически тащит за собой.
