Что будет дальше? Когда она перестанет приносить только проблемы? Может, стоит просто все оставить так, как есть сейчас. На том этапе, когда все проблемы, исходившие от Любимовой, еще можно было уладить?
Я за всеми этими мыслями не заметил, как наступил рассвет. Стоял и таращился в окно, пока солнце не начало долбить в глаза. Опомнился, как только телефон на столе стал разрываться.
Надо же, прошло всего пять или шесть часов. Я даже вискарь не полностью допил, как Павлов звонил с докладом.
– Не буду скрывать, — начал не здороваясь, — все плохо.
Я советы не вправе такие давать, но нужно, чтобы девчонка дала опровержение. Причем максимально правдоподобное. Пусть себя хоть с грязью смешает, но собой тебя отмыть должна.
– Иначе?– я хотел узнать о всех рисках.
– Иначе немцы твои не будут ничего подписывать. О слиянии и речи не может быть...
– Почему?
– Да потому что через несколько часов со всех щелей просочится, что ты нанял себе эскортницу и притащил ее на переговоры...
– Она не эскортница.
– Это знаешь ты, а конкуренты назовут все другими словами.
Понимаешь? Для немцев это пощечина,– мужик злился, и я тоже терял остатки хладнокровия. — Мне только за последний час позвонило три таблоида, и пытались стрясти бабки за то, чтобы твою ситуацию выставить в более легком ключе. То есть не за то, чтобы заткнуться. А чтобы мразь из тебя не сделать полную.
– Так дай им бабло.
– Дам, не вопрос. Но эти хоть контактные, а вот присоски твоих конкурентов только оближутся от такой новости. О Тиме, кстати, мне прозрачно намекали даже наши.
Карманные. Ты хочешь, чтобы дальше все копнули? Так у твоей девки же еще проблемы с сестрой. Опека и все эти дела. Знаешь, почему ей сеструху не отдают? Знаешь, какая сейчас официальная формулировка?
– Какая?– мне, блять, его угадай мелодию уже задолбали.
– Неблагонадежная.
Я еле сдержался, чтобы не зарядить мобильным в стену. Одна тупая выходка. Ее. Одна тупая ошибка взять ее с собой. Моя.
И какие гребаные последствия.
– Собирай пресс-конференцию, — дал ему добро, — и сам звони девчонке.
Я не смогу. Я прибью ее, если голос услышу...
– Понял, — вкрадчивое, — кстати, это еще не все...
– Что еще?– прорычал, до хруста сжимая в руке мобильный. Еще чуть-чуть и он треснет.
– Твой сын... Тимур, — последовала настораживающая меня пауза. — Ты знал, что он сегодня прошел паспортный контроль?
- Плевал я на его путешествия, — прорычал, не понимая, как это затрагивает нынешнее положение вещей. — Пусть хоть весь мир обкатает.
