Невероятная вежливость!
— Яна, а когда господин Буланский будет в офисе?
— Сегодня он отменил все встречи, но просил передать, что вы можете приехать к нему в особняк. Сейчас я вам дам адрес, — засуетилась Яна, но я остановила её.
— Спасибо, Яночка! Адрес я знаю. Всего доброго!
Шокированная я покинула здание компании «NOVA-Строй». Завела машину и за город неслась так, как-будто за мной гналась вся нечисть ада. Раздирающие мысли роились одна над другой, как пчёлы в улье и методично угнетали. Меня бесило то, что из-за личного отказа и ущемления мужского самолюбия Буланского приходится идти к нему на поклон.
Чтобы отвлечься и не наделать глупостей на дороге, включила музыку, что помогло добраться до нужного пункта без эксцессов. Скорость я сбавила только на въезде в элитный посёлок.
Красоты хвойного леса, окружавшие вокруг, радовали глаз и немного умиротворяли. В целом, на обширный участок поместья Буланского, я входила вполне спокойная. Охранник проводил меня не в дом, а на задний двор, где располагалась вымощенная площадка с установленным садовым шатром, увенчанным белой тканью.
В его тени стоял накрытый стол, а у деревянных опор были расставлены мягкие кресла.
— Аля, добро пожаловать! — раздался за спиной глубокий голос Буланского, от вибраций которого затрясло непонятной дрожью. Игорь шёл к шатру по подстриженному зелёному газону и жестом пригласил: — Проходи, составь мне компанию за обедом. Проголодалась, наверное?
Радушный приём Буланского в свете творившегося показался издёвкой.
Я прошла в шатёр, не поздоровавшись, с диверсантом и без спроса присела в кресло. Тут же появилась немолодая домработница. Женщина расставила приборы и предложила отнести сумочку в дом, чтобы лишние вещи не причиняли дискомфорт во время обеда."
"— Вино? — предложил, как ни в чём не бывало Буланский, откупорив штопором бутылку «Пино Гриджио», а я, увидев его циничное поведение, выпалила с ходу:
— Ну ты и сволочь! Никак не успокоишься, да?
— Алечка, в твоём голосе послышалась стервозная нотка, — наливая вино в бокал, спокойно заявил Буланский.
— А чего ты ожидал? Ты же не станешь отрицать, что приложил руку к происходящему, — высказалась я. Обида униженного положения взыграла, и волнение накатывало, как тайфун на мирное побережье. Впервые за многие годы со времён студенчества мне захотелось закурить. На столике лежала пачка сигарет, видимо оставленная Буланским. Взгляд зацепился за неё, и Игорь молча вытащил одну сигарету.
