— Покажи, какие журналы вышли на печать, — тон Игоря был ровный, но слишком серьёзный. Иванцов дёрнулся и его глаза забегали, как у перепуганного ребёнка. Павел первый прошёл в помещение типографии. Двадцать аккуратных стопочек с журналами лежали на стеллаже, упакованные в защитную плёнку. На станке печатался остальной тираж. Иванцов взял один журнал, передал его Игорю.
— Аля, ты утверждала это? — Буланский пролистал несколько страниц. Я отрицательно покачала головой.
— Что Антон сказал по поводу тиража, Павел?
— Да ничего он не говорил.
В четверг под конец рабочего дня Мельников передал мне утверждённые образцы. На них ваша подпись стояла Александра Владимировна. Раз одобрено, я запустил всё в печать. Часть буклетов в пятницу доставили Арнольду Валерьевичу.
— Я в курсе. Покажи образцы. Где они? — подмену я мысленно пережила, но подпись, которую не ставила… Беспредел в издательстве, получается, процветал. Павел порылся на полках стеллажа и показал макеты, «подписанные мною собственноручно». Закорючки походили чем-то на мою подпись.
Её явно ставили по трафарету, приложив оригинальную к стеклу. Слишком неровная была подпись. Антон бы не стал мараться рисовать это безобразие.
— Позвони Мельникову, Павел. Пусть срочно приезжает в издательство, — распорядился Игорь. — Откладывать до завтра выяснение правды не надо.
Не менее перепуганный Антон примчался в издательство в течение часа. Я не слышала, каким кренделем его заманивал сюда Иванцов, но диверсант явился по его просьбе. Разговор у нас был долгий и тяжёлый.
Сначала Мельников упорно отпирался, что подменил образцы. Стоило Игорю позвонить новым сотрудникам, разговор поменял своё русло. Антон понял, что против него имеется что-то у ребят.
— Я не планировал изначально менять образцы. Но издательство долгое время топталось на месте, и не было дальнейших перспектив для меня и многих. Зачем вам дело, в котором вы ничего не понимаете? Не лучше ли продать компанию другим бизнесменам и не мучиться! — наконец сознался он.
Более хамского рассуждения о том, кому и чем заниматься я в жизни не слышала. Маска с Антона слетела моментально. Презрительный взгляд дизайнера. Интонация полная пренебрежения. Господи! Кого я пригрела под боком?! Он два с лишним года пил воду из этого колодца и гадил в него!
— И кому, по-твоему, нужно было продать издательство? — спросил его Игорь. — Кто подпись за Александру рисовал?
Антон расплылся в гаденькой улыбочке. Он не стал отвечать Игорю на вопросы.
