Значит, любит его? А я? Кого это волнует. Я всего лишь прошлое.
Мне Света ничего не обещала. Не давала напрасных надежд. Тогда почему в груди горит от боли и обиды? На что? Я сам придумал себе целую сказку и поверил в нее. Но сказка никогда не станет реальностью. Жестокая сказка может только превратиться в кошмар.
Злость с каждым вдохом сильнее разгорается внутри. Ветка... Я люблю тебя больше всего на свете. Не отдам! Ни за что. Никому. Больше никогда!
— Саш, ты где? — Ее голос взрывается у меня в голове тысячью ярких искр.
Распахиваю глаза и часто моргаю, пытаясь понять, где сон, а где явь.
— Саш! — Крик повторяется.
Пришла. Облегченно выдыхаю и растираю лицо ладонями. Не помогает. Меня колотит от злости и обиды.
— Саш, ты не слышишь, как я тебя зову?
Ладонь Светы ложится на плечо, а меня словно простреливает Вздрагиваю и отшатываюсь от нее. В мозгу истерично бьется мысль, что она чужая, не моя. Все понимаю, но эмоции не поддаются контролю, я слишком уязвим и распален.
— Извини, задумался, — сухо бросаю.
— Что случилось? — Света идет к стене, чтобы зажечь свет.
— Нет, не включай. Слишком ярко, — не могу видеть ее глаза. Просто боюсь найти там подтверждение своим умозаключениям.
Свет включается в прихожей. В комнату попадает лишь небольшая часть и едва освещает пространство.
— Где ты была? — выдавливаю из себя. Знаю, что не имею права на эти вопросы, но и не спросить тоже не могу. Надо как можно скорее разобраться во всем и принять уже правду как данность.
Какой бы горькой она ни была.
— Это допрос? — Ветка вскидывает бровь и не торопится отвечать.
— Ты не ответила, — сухо напоминаю я и все же решаюсь посмотреть в ее глаза.
Неужели она такая хорошая актриса? Как бы я хотел вернуть время назад и не брать тот чертов телефон.
— Я была в магазине.
Ни один мускул не дергается на ее лице, а я не понимаю, что чувствую. Горю изнутри и потушить этот пожар невозможно.
Это агония.
— Жених тебя искал, — зло чеканю каждое слово. — Нашел?
— Какой еще жених? Орлов, ты в своем уме?
Если бы она сказала правду, а не начала оправдываться. Если бы я был менее накручен. Столько этих «если бы». Но меня срывает с катушек окончательно.
— Сергей вроде бы... — хмыкаю и подаюсь вперед, сатанея от ярости. — Ты ради него меня бросила, да? Чем он лучше меня, а? — Меня несет, а остановиться не получается.
