И я не имею права лишать его родителей. Переживания окончательно выматывают. Хочется уже поставить точку в этой истории раз и навсегда, чтобы больше к ней не возвращаться.
Андрей Владимирович приехал час назад, но мы еще не виделись. Саша уехал поздороваться, а я трусливо отсиживаюсь в комнате и не могу заставить себя выйти. Чем больше проходит времени, тем сильнее нервничаю. Не нахожу себе места. Как пройдет наша встреча после всего, что произошло?
— Свет, пойдем, — въезжает в комнату Саша. — Все уже за столом и ждут только нас.
Кусаю губы и сжимаю кулаки. Надо взять себя в руки. Все равно придется выйти, отсидеться не получится.
— Не бойся, я буду рядом. — Он берет мою руку и прижимается щекой к ладони. — Я никогда тебя не оставлю.
Смотрит в глаза и дарит нежный поцелуй. Улыбаюсь и верю ему. Несмотря ни на что. Вопреки всему, что с нами произошло. Я снова верю ему.
— Пойдем.
Решительно поднимаюсь на ноги. Несколько раз глубоко вдыхаю и медленно выдыхаю, настраиваясь на нужный лад. Надеваю маску дружелюбия, берусь за поручни коляски и толкаю ее вперед.
Стол накрыт в гостиной. Там, где до сегодняшнего дня жила я. А теперь ничто не напоминает об этом.
— Добрый вечер, — приветствую Андрея Владимировича.
— Здравствуйте, Светлана, — окидывает меня пронзительным, сканирующим взглядом. Словно изучает или пытается проникнуть в душу. Мужественно выдерживаю и не отвожу глаза. Мне стыдиться нечего."
"Садимся за стол. Кусок в горло не лезет. Да и атмосфера очень гнетущая. Орловы делятся друг с другом новостями, а я вновь чувствую себя неловко.
Еще и периодически ловлю на себе напряженные взгляды Орловых-старших.
— Светлана, вы к нам надолго? — наконец напрямую спрашивает Андрей Владимирович.
Поднимаю на него глаза, не зная, что сказать. Язык будто прилипает к нёбу, а в горле неожиданно пересыхает. В памяти всплывает предыдущий разговор, когда он спрашивал, уверена ли я в своем решении уехать и оставить Сашу. Но я была уверена, что не вернусь.
— Папа, — вклинивается Саша, забирая инициативу на себя, — Света к нам навсегда.
Он сжимает мою руку, щедро делясь уверенностью. И мне становится легче. Меня отпускает. Я, наконец, осознаю, что Саша прав. Мы все решаем сами. И сейчас тоже. Если хотим быть вместе, то никто не сможет нам помешать.
— Навсегда, — повторила с улыбкой и сжимаю Сашину руку в ответ.
— А Кира? — не унимается его отец.
— Кто это? — хмыкает Саша и криво усмехается.
— А ты не помнишь? — Андрей Владимирович хмурится, а я начинаю ерзать.
