Они соображают быстрее нас, как-никак профессионалы, и должны в ближайшее время появиться у главного входа. Скажем так, если через 15 секунд никто не появится, то мы бежим следом за компанией Амелина и им самим.
— Ох, уже не надо ждать. Вот он! — простонала Наташа, приникнув к щелке в двери. — Уносим ноги, пока он не догадался, где мы.
Мужчина, которого мы столь стремительно покинули, был не очень похож на телохранителя. Он был невысок, толстоват, среднего возраста. Одет скромно. Стрижка короткая, под бокс или вроде того.
Черты лица немного вылинявшие. Должно быть, работа наложила свой отпечаток. Нелегко постоянно притворяться незаметным в толпе, сохраняя при этом индивидуальность.
— Мелкий он. Невысоко тебя Степанов ценит.
Мне стало обидно:
— Он, наверное, мастер спорта или метко стреляет. Нельзя судить о человеке по одному короткому взгляду. В нем может оказаться уйма внутренних достоинств.
— Тебе должно быть понятно, что внутренние его достоинства не уберегут тебя, Даша, в рукопашной схватке.
— Ты завидуешь!
— Чему?
— Тому, что меня охраняют.
— Было бы чему. Недомерка выделили.
— У тебя, между прочим, и такой охраны нет.
— У тебя теперь тоже.
Пока мы на ходу, спеша унести ноги, препирались с Наташей о качествах утерянной охраны, пожилой человек, вошедший за нами в кафе, повел себя нетипично для ищейки, потерявшей след. Он спокойно заказал порцию мороженого у стойки и принялся неторопливо его смаковать из красивой металлической вазочки. В оставленное нами кафе торопливо вошел второй мужчина, являвшийся волшебной противоположностью первого.
Ростом и телосложением он напоминал молодого Шварца, который сел на легкую диету и немного отощал, но был в хорошей форме и на удивление бодр. Резво обежав кафе по периметру и заглянув под стойку, он наконец заметил запасный выход, и мимо изумленной буфетчицы, у которой никто не спрашивал разрешения воспользоваться запасной дверью, промелькнула шестая за последние две минуты фигура, которая тоже растаяла в проходе.
— Что за безобразие, — пожаловалась буфетчица пожилому мужчине с мороженым в руках и занялась своими привычными делами, выбросив из головы увиденное.
Однако молодому человеку, чей нос свидетельствовал о неоднократном участии его хозяина в боксерских поединках, не повезло. Его не выручил ни спортивный вид, ни атлетическое телосложение. Кого бы он ни надеялся встретить в проходе, ему ничего не обломилось — коридор был пуст.
