У воды же самое долгое формирование плетения из всех, но и урон считается самым высоким.
По сути, я не мог выбрать между водой и огнем. Ведь я, по факту, могу выдать урон на уровне князя и пора было уже определяться. С одной стороны — высокий разовый урон, подходящий для сильных противников, с другой — массовый удар по группам врагов, пусть и с меньшим уроном. Да, пока рано об этом судить и все же.
Мне нужен был воздух как вспомогательная стихия, иначе к гусарам не попасть, и что-то сильное, на что сделать упор.
И склонялся я больше к воде, потому как мне казалось, что я ее лучше чувствую.
А вот с воздухом по-прежнему была беда. Не ощущал я его без костылей, хоть ты тресни. Лекция шла своим чередом, а я все думал, как мне себя усилить так, чтобы и тушку сберечь, и врагов неприятно удивить. Магию свою я по-прежнему не понимал и инструкции по применению, несмотря на слова Лихобора, так и не получил. И в храм до сих пор не сходил.
Кстати, о нем. Это уже реально начинает бесить! Почему я об этом вспоминаю только тогда, когда не могу туда попасть? Даже проезжая мимо, я в упор его не замечаю.
Только появляется намерение туда заглянуть, как происходит что-то отвлекающее… Так не пойдет. Надо будет охрану заранее перед выездом предупредить, чтобы обязательно в храм заехали, что бы не случилось и чтобы я не говорил. Будто разум туманить начинает, когда об этом думаю…
— Опять вы с Лизой и Любой поцапались? — вошла ко мне Ольга и устало рухнула рядом.
— Не, ну а чо они? — обстоятельно выразил я свое возмущение, оторвавшись от книги.
Тема была интересной — фейки и их значение в формировании общественного мнения. Помню, в моем мире это было оружие посильней всяких бомб, но тут не получило такого распространения из-за контроля государством социальных сетей. Попробуй вякни против генеральной политики партии, и к тебе сразу вежливо постучатся агенты из Тайного приказа. А шлепать всякий бред, находясь за рубежом, тоже не вариант — за такими следили особенно внимательно и сразу кидали в бан.
— А ничего. Мог бы проявить чуть больше такта. Им и так тяжело."
"— Ох, вот только ты не начинай. Вижу я, как им тяжело, аж согнулись бедные. Кто у нас в семье младший -я или они?
— Ты мужчина.
— Ага, и за это меня сегодня высмеяли. А я ведь честно им помочь хотел.
— Девочки имеют право покапризничать.
— Девочки да, а мои будущие жены нет. Ты же вот не капризничаешь, не выделываешься. Чуть что, сразу по морде бьешь.