Но тут, словно сообразив, что будет дальше, ксеносы открыли по ушедшему шквальный огонь, буквально выжигая землю там, где он только что был. Воспользовавшись тем, что лучи от их оружия сбоку были лучше видны, спецназовцы принялись старательно выцеливать каждого стрелка противника, ведя прицельный снайперский огонь. Это заставило ксеносов снова начать обстрел бойцов, но посыльный уже успел проскользнуть в развалины. После первых же выстрелов, уложив врага, Матвей успел подозвать Роя к себе и теперь старательно прижимал лобастую башку к земле, не давая ему броситься в драку.
Сильный пёс словно взбесился, то и дело порываясь вскочить. Воспользовавшись короткой передышкой, Матвей быстро сосредоточился и, мысленно дотянувшись до пса, приказал:"
"«Рой, лежи спокойно. Их оружие не ранит, а только убивает».
«Они пришли забрать нас», – услышал он в ответ и вздрогнул, когда понял, что именно хочет сказать пёс.
«Им придётся очень постараться», – фыркнул Матвей, всаживая пулю чуть дальше того места, откуда только что вылетел энергетический луч.
Из развалин послышался грохот автоматической пушки БМП, и Матвей понял, что отправленный за Мишей боец не сможет добраться до машины. Быстро оглядевшись, он молча забрал у связиста трубку и, перевернувшись на бок, сказал так, чтобы услышали все бойцы:
– Твари решили взять нас живьём, братцы. Не знаю, кто как, а мы с Ройкой сдаваться не собираемся. Мишке бой навязали, так что выход у нас только один. Вызываем огонь на себя. Что скажете?
Слушавшие его бойцы переглянулись.
Им, людям военным, сразу стало понятно, чем это кончится. Массированный артиллерийский огонь уничтожит и врагов, и их. Но это было лучше, чем стать пропавшим без вести или трусом, сдавшимся только для того, чтобы спасти свою шкуру. Тем более что сдаваться не собирался человек, который по их меркам не более чем пообтесавшийся в военной среде гражданский. Матвей напряжённо ждал ответа. Помолчав, каждый из бойцов коротко высказал своё мнение. Кивнув, проводник обвёл их долгим взглядом и, грустно улыбнувшись, сказал:
– Спасибо.
За всё.
Воткнув вилку в разъём, он вызвал базу и, услышав взволнованный голос Лоскутова, коротко обрисовал ситуацию, закончив фразой, подписывавшей им всем приговор:
– Вызываю огонь на себя, генерал. Повторяю: огонь на меня.
– Матвей!.. – голос генерала сорвался, но проводнику было не до эмоций.
– Другого выхода нет, генерал. Живым я им всё равно не дамся. Так что прикажите открыть огонь. Прощайте, Александр Юрьевич.
