Но если хочешь, можешь обращаться ко мне на ""вы"".
- Ладно.
- Ещё что-то? Ты же не просто так зашёл?
- Я не к тебе. Поговорить нужно с Олей, по работе.
Наглости ему не занимать.
- По работе говори с её непосредственным шефом, руководителем тендерной службы, соблюдай субординацию. Если нужно что-то сообщить Статовской – только в моём присутствии. Понял?
Прохожу в номер. Он состоит из небольшой гостиной и спальни, вижу в приоткрытую дверь кровать.
- Я и без твоих подсказок знаю всё про субординацию, Соболев.
По трудовой инструкции все сотрудники службы по организации и проведению тендеров подчиняются мне, и Статовская тоже. А ты с какого боку? Директор по развитию? Мы думали, что под тебя будет создана новая структура. Но её нет. И в Москве ты, оказывается, временно. Кто ты такой, вообще?
Ставлю сумку в кресло. Снимаю куртку и начинаю прямо при Волгине расстёгивать рубашку. Эти двое смотрят на меня во все глаза, по прежнему стоя на пороге. И намёков не понимают.
Стягиваю рубашку и посылаю мудаку красноречивый взгляд, говорящий: ""Ты облажался, она больше не твоя, проваливай.
Я собираюсь её трахнуть прямо сейчас.""
И Волгин, сука, понимает всё правильно. Аж меняется в лице.
- На счёт Ольги я предупредил.
Подхватываю сумку и иду в спальню. Слышу хлопок закрываемой двери. Ольга не стала разговаривать с ним наедине, всерьёз восприняла мои слова. Умница моя. Она во всём слушается, особенно если слегка надавить. И раньше, по всей видимости, многие пользовались этой её бесхребетностью.
Сколько они были вместе? Несколько месяцев? Вдруг еще любит его?
Что касается её бывшего... Я более чем уверен, если бы можно было иметь их обеих одновременно, он бы и имел."
"Блядь. Мою девушку и сестру. Но если сестра для меня – фактически, пока что посторонний человек. То его притязания на Ольгу неимоверно бесят.
В любом случае, он будет первым, кого я выкину из компании. Даже если непричастен.
Сажусь на кровать. Устал.
Хорошо здесь. Не знаю. когда бы еще рискнул позволить себе такой длительный отпуск.
Слышу шаги. И падаю спиной на покрывало.
- Оля, иди ко мне.
Подходит, опускается рядом. И ложится, прижимаясь щекой к моему плечу. И первый порыв опрокинуть на постель и грубо взять, показав, что я теперь – её мужчина, смывает волна нежности.
Обнимаю обеими руками, целую волосы на макушке, вдыхаю едва уловимый, очень приятный запах.
- Дим, я с утра собиралась выяснить, есть ли еще свободные коттеджи. И переехать, если получится.
