Должен, наконец, понять, что не из-за пустяка я тогда оставил Лилю.
— Ну, что молчишь? — нервно стучу пальцами по столу.
— Да так, размышляю… — тянет Богдан, расхаживая рядом с окном и держа руки в карманах брюк.
— О чем?
— Как сдержаться и не врезать тебе прямо здесь и сейчас. Какого черта ты молчал? Я бы тебе…
— Да, знаю, ты тоже полез бы в это, но это было не твоей проблемой.
— И что ты собираешься делать теперь?
— Точно по-прежнему не собираюсь втягивать тебя.
— Но ты же не просто так мне сказал.
— Чтобы ты знал.
Только для этого.
— И что ты собираешься делать с этим ублюдком?
— Ты знаешь, что я собираюсь делать. На этот раз я возьму дело в свои руки. Только в свои.
— А вот этого не надо. У меня есть один человек…
— У меня тоже был один человек, и он предал меня. Видимо, Окуневский перебил цену. Нет, Богдан, я сам с ним разберусь. Скоро я буду знать, где он засел.
— Хочешь на пулю нарваться?
— Не нарвусь. Я же не один к нему в гости заявлюсь.
— Только не говори, что сохраняешь хладнокровие.
Я же вижу, как тебя распирает от желания расправы. В таком состоянии ты точно наломаешь дров.
И тут мне поступает звонок. Как кстати. Наверное, уже нашли, что я просил.
— Ладно... Мне пора, — поднимаюсь с кресла, не собираясь при брате отвечать на звонок.
— Подумай трижды, прежде чем что-то делать, — бросает мне напоследок Богдан, и я, кивнув ему, выхожу из кабинета.
После короткого разговора мне хочется швырнуть телефон об стену, ведь я не получил желаемой информации, но останавливает меня следующий звонок.
В офисе небольшое ЧП, которое, если я не явлюсь, может перерасти в нечто большее.
По дороге звоню Лиле и убеждаюсь, что она с дочерью в порядке. Мне необходимо это узнавать хотя бы раз в час, хотя я на все сто процентов уверен, что пока она в доме — ей ничего не грозит. Такой безопасности нет даже при доме моего отца. А он помешан на безопасности.
Уже когда нахожусь в офисе, мама звонит. Отвечу ей по-быстрому.
— Да, мама. Я сейчас в главном офисе. Занят очень.
— Мирон, скажи мне пожалуйста, как долго это еще будет продолжаться, — она на взводе, я слышу. Только с ней мне проблем не хватало сейчас. Отец давно махнул на нее рукой. Они почти не общаются. Она в одном крыле особняка живет, а он в другом. Так и живут.
— Что там еще? Лана опять что-то вытворила?
— Нет, Мирон, не Лана. А ты и Лиля твоя! Когда я уже смогу подержать на руках свою внучку?
— Мам, я сейчас занят."
"— Ты просто мне ответь! И я знаю, что это не ты.
