Мне очень жаль, что вам пришлось меня увидеть и… Простите."
"Больше ни слова не говоря, я разворачиваюсь и быстро направляюсь на выход. На улице жадно хватаю свежий воздух и даю волю горьким слезам, которые облегчают боль. Я выпускаю ее наружу и радуюсь своему ощущению после. Так легко почему-то становится… Я этого не понимаю даже. Это пугает. Но позже, уже когда оказываюсь дома, я понимаю, что случилось.
Я наконец-то поняла и больше у меня нет сомнений, что все это время я ровно ничего не значила.
Сомнения душили меня. Больше не душат.
Я была лишь первой… Первым использованным средством. Будет и второе, и третье… И так, пока он жив.
***
Время одиннадцать утра, а я уже здесь, снова в больнице. Я поняла, что иначе просто не могу. Перед тем как полностью все оборвать, я должна еще раз его увидеть и, пусть он даже не услышит меня, сказать ему кое-что.
Я выгадываю время и момент, когда здесь никого и с большим трудом договариваюсь с медсестрой. Попросила всего пару минут, и она сжалилась.
Наверное, она посчитала, что я очень его люблю. Из-за любви я и иду. Но это уже не такая любовь как раньше. Прежнюю любовь к себе он выжиг из меня своими поступками. И ничто, никакие силы не вернут ее обратно.
Рядом с дверью наш охранник, которого не приходится уговаривать, чтобы впустить меня.
Приоткрыв дверь, я вхожу внутрь, в очень светлое помещение и цепляюсь взглядом за того, от вида которого у меня тут же глаза на мокром месте.
Я такого совсем не ожидала.
..
Чего только к нему не подключено. Смотрю на монитор и вижу, что сердце его бьется. Но выглядит он…
Сегодня рано утром, когда рискнула заглянуть в новости, прочитала об этом происшествим. Стало понятно, что у него практически не было шансов. Но ему повезло.
Я осматриваюсь где-то минуту, пытаясь унять дрожь в теле.
— Возможно это тебе наказание, — выдыхаю еле слышно, подойдя к нему ближе. — А возможно и нет… Не знаю… Если бы ты сейчас мог видеть меня и слышать, то наверняка бы спросил, почему я здесь, а я внятно не смогла бы ответить… Но я точно знаю, что это наша последняя встреча.
И она нужна мне, — смотрю на него такого, а у самой все внутри дрожит. — Ты разрушил мою жизнь, но я все равно желаю тебе выздоровления. Честно, Мирон, это так… — опускаю глаза ниже, с болью смотрю на все эти трубки, подключенные к нему. — Какая-то часть меня будет продолжать тебя любить всегда. Я не хочу, но буду… — всхлипываю.
