Учился в Москве, работал в одной из столичных фирм, айтишник. Позже сотрудничал со многими фирмами. В нашем городе живет около трех лет.
– И что заставило его переехать сюда из Москвы?
– Наверное, решил сменить ритм жизни. А что? Одни стремятся в Москву, другие из Москвы. А для фрилансера не так важно, в какой точке мира находиться. При условии, что там есть интернет. Девять месяцев назад он попал в аварию, и теперь инвалид.
– Передвигается в инвалидной коляске?
– Передвигается он довольно шустро и на своих двоих.
Травма головы. Перенес несколько операций, судя по всему, серьезных.
– И чем айтишник с травмой головы мог заинтересовать моего мужа? – спросила я.
Субботкин развел руками.
– У парня на редкость обычная биография. Сейчас у нас чертова прорва айтишников, и половина из них работает дома.
– Согласна. Но что-то тебе не понравилось? – внимательно глядя на Субботкина, сказала я.
– Не понравилось. Я, знаешь ли, привык доводить работу до конца. Короче, решил копнуть поглубже.
– И что?
– А ничего.
На всем гриф «секретно».
– Выходит, он не простой айтишник.
– Вот именно. Я попытался подробнее узнать об аварии. Куда его привезли, откуда. Здесь тоже все весьма странно.
– А поконкретнее?
– Он поступил в больницу скорой помощи, что логично. Я наведался туда. Но такого пациента никто не помнит. Хотя по документам все чисто.
– Ну, много времени прошло. Могли забыть. Сколько за девять месяцев к ним поступило людей после аварии?"
"– Я тоже так решил. На следующий день мне позвонили от наших старших братьев.
И посоветовали не лезть, куда не просят.
С минуту мы смотрели друг на друга.
– Получается, этот парень связан с ФСБ? – сказала я.
– Или у них в разработке. А я тот самый слон в посудной лавке.
– Вряд ли бы ФСБ обратилась к моему мужу.
– Вряд ли. Значит, был кто-то еще.
– Есть догадки?
– Нет. Кандидатов на эту роль, прямо скажем, немного. Как ты понимаешь, не те это люди, чтобы с ними конкурировать.
– Да уж, – кивнула и я спросила: – Егора убили?
– Ты видела, что написано в официальной бумаге.
И у меня нет повода подозревать патологоанатома в том, что он исказил истину.
– Старшим братьям трудно отказать.
– Он порядочный человек. Проще было бы обратиться к кому-то другому. Дело даже не в этом. Учитывая обстоятельства… Скользкая крыша, темнота…
– Столкнуть человека с крыши, не оставляя следов борьбы, довольно просто.
– Вот именно.
– Получается, Егор перешел дорогу спецслужбам и его устранили?
– Не думаю.
