– Гадать мы можем сколько угодно, но одно несомненно: от тебя ждут действий. А он или они станут тебя направлять. В нужную им сторону.
Я кивнула.
Надо сказать, за время нашего разговора я успела успокоиться. Теперь идея раскапывать могилу казалась глупостью.
Костя прав. Если исключить мое возможное сумасшествие (а признавать себя сумасшедшей я не спешила), то единственное объяснение происходящему – незаконченные дела Егора, о которых мне ничего не известно.
– А если все дело в его гибели? – спросила я.
– В его гибели? – не понял Костя.
– Если все было не так, как мы считаем.
– Ты имеешь в виду…
– Это был не несчастный случай, а убийство.
– Стоп. Давай придерживаться фактов. У следствия не было повода заподозрить убийство.
– Костя, ты много лет работал в полиции, я тоже там работаю…
– Знаю, что ты хочешь сказать. Дело поспешили закрыть? Не желали возиться, или кто-то позаботился о том, чтобы лишнего рвения никто не проявлял?
– С Субботкиным мы практически подружились, и он показался мне честным ментом.
Такие, слава богу, встречаются.
– Тем больше оснований верить его выводам.
– А если кто-то хочет зародить у меня сомнения в этом?
– Таня, в такой ситуации самое разумное – никак не реагировать. Заставь этого типа проявить себя…
– Ты прав. Идем.
Я направилась между могил к аллее, Костя шел следом."
"– Я прав, но у меня такое чувство, что слушать меня ты не станешь, – сказал он, поравнявшись со мной. – Обещай, что ничего не предпримешь, не посоветовавшись.
– Обещаю, – улыбнулась я.
– Да, и спасибо тебе.
– За что? – улыбнулся он и обнял меня.
Так, обнявшись, мы и шли к машине.
– Домой? – спросил Костя, когда мы въехали в город. Я взглянула на часы.
– На работу. Может, высадишь меня на ближайшей остановке?
– Мне нравится твое общество, – усмехнулся он.
Пока Костя был рядом, я не сомневалась, что он дал хороший совет: вынудить типа, который недавно гостил в моей квартире, немного понервничать. Ему придется быть настойчивее, и он рано или поздно себя проявит. Набраться терпения и ждать.
Отец любил повторять: «торопливость губительна».
Сведения о своем отце я, конечно, тоже пыталась найти. Устроившись в полицию, первое время только этим и занималась. Точнее, поиски я начала, как только подружилась с Лавой.
Но, похоже, Свиридова Юрия Алексеевича в природе не существовало. Скорее всего, это имя вымышленное, как и его героическая профессия. Меня, то есть Татьяны Свиридовой, до моего появления в полицейском участке тоже как бы не было.
