Нашли где шептаться – прямо возле туалетов. Стоят вдвоём. Милана прислоняется к стене, а инструктор держит её за запястье и, когда девушка пытается убежать, перекрывает ей путь.
– Извините, если я вас напугал…
– Дорогая, – цежу сквозь зубы, и ладонь сама падает на плечо мужика. – Какие-то проблемы?
Патлатый, с кудряшками, оборачивается на мой голос. Весь такой дерзкий. А потом зелёные глаза тухнут и округляются.
– А, Динар Тагирович, рад видеть. У вас какие-то вопросы ко мне?
– Руки от моей жены убрал, – сурово кидаю.
Вижу в глазах Миланы растерянность и удивление."
"А вот тренер быстро одёргивает ладонь.
– Простите, не знал! Больше не повторится!
И убегает пятками сверкая.
Не повторится. Я обещаю.
Остаёмся с Радовой наедине. Опускаю взгляд, уже привыкая, что она такая мелкая. Скрещивает руки на груди и недовольно кидает:
– И что я должна вам за спасение?
Иногда она напоминает мне маленьких собачек. Милых с виду. А как рот откроют – гонору им не занимать.
– Я помог чисто по-человечески.
– Не надо мне помогать, – зло топает ножкой.
– А то потом скажете переспать с вами!
– Хорошо, – тяжело вздыхаю. – Позвать героя-любовника обратно?
– Не надо, – угрюмо произносит. И проскакивает мимо меня, скрываясь за углом.
Ладно. Услышать «спасибо» после того, что я вчера ей предложил, даже не ожидал.
Хмыкаю, возвращаюсь в раздевалку. Получается, что сверлю спину Миланы взглядом. И снова взгляд летит на стройные ножки.
Вдруг по коридору разлетается детский голос – и девушка останавливается, оборачиваясь на звук.
– Ма-ма!
Невольно повторяю за Миланой, смотря за спину.
Неужели?..
Ангелочек бежит по коридору. Весь мокрый, счастливый, с растрёпанным хвостиком на макушке. В голубом купальнике с цветочком.
Милое зрелище.
Кстати, с мамой они одеты как всегда гармонично. Обе в голубом.
Крошка пробегает мимо меня, бросается к маме в ноги. Даже не заметила меня, дебоширка.
– Ма! Я папавала! – улыбается, отчитываясь.
– А чего так рано? – девушка меняется в лице. Становится мягче, ласковее.
Ребёнок меняет её не на шутку. За минуту я увидел двух разных людей.
– Пи-пи хотю, – подпрыгивает на месте.
Второй раз при мне так говорит. И я улыбаюсь, вспоминая наши посиделки в кафе.
Но тут же уголки губ летят вниз, когда взгляд невольно опускается на бледнокожую попу. Это уже вторая детская задница за последние два дня.
И я напрягаюсь.
И у Вари, моей племянницы, и у Евы есть родимое пятно на попе. В одном и том же месте. Как и у меня. Точь-в-точь.
