Вместо сырых стен — деревянные панели, вместо земляного пола — доски, покрытые линолеумом. Множество столов с картами, папками, какими-то документами. Радисты у своих аппаратов, офицеры, склонившиеся над бумагами. Настоящий муравейник.
Нас проводили в отдельную комнату и закрыли дверь. Ключ повернулся в замке, отрезая от внешнего мира. Снаружи осталась охрана. Я услышал их приглушённые голоса.
Огляделся. Окон нет, только голые стены. Две кровати, керосиновая лампа, стол и туалет в углу, отгороженный ширмой. Судя по всему, тюремная камера, украшенная под жилое помещение.
Никаких иллюзий насчёт нашей «защиты» у меня не возникало.
Положил Колю на ближайшую кровать. Дал парню ещё зелья, надеясь, что его состояние улучшится быстрее. Скорость восстановления зависела от множества факторов — от силы воли пациента, от магического потенциала, от количества зелий. У Коли с этим всё было в порядке, он быстро шёл на поправку.
— Господин, спасибо вам, — произнёс чуть смущённо пацан, с благоговением глядя на флаконы в моих руках.
Глаза его блестели от признательности и преданности. — Я понимаю, какие это сильные зелья и что они стоят десять моих жизней, а вы их тратите на меня.
— Ага, — кивнул, не слушая слов благодарности. Сейчас нужно сосредоточиться на более важных вещах, чем чья-то преданность.
— Простите, что не справился… — продолжал Коля, подтягиваясь на кровати и пытаясь сесть. — Я подвёл вас, господин.
— Ага, — я всё ещё ходил по нашей комнате-укреплению, выстраивая в голове план действий.
Стены, пол, потолок — всё изучил в поисках возможных путей отступления или скрытых ходов наблюдения.
— Если бы не вы, то я бы умер. Как смогу вернуть вам долг? — не унимался Костёв, глядя на меня с щенячьей преданностью.
— Ага, — снова ответил, не особо вникая в его слова. Мысли были заняты анализом ситуации.
Итак, что мы имеем? Первый «гость», если я правильно понял со слов Коли, некромант. И тварь пришла по мою душу. Вот только на хрена он схватил Лахтину? Что моя королева могла ему сделать? Какая от неё польза?
Внутри всё кипело от мысли, что какие-то ублюдки забрали мою девушку.
Чувства к королеве… Они странные. Вроде как я считаю её своей вещью, своим имуществом, но за этим есть что-то ещё. Какая-то привязанность, которую не могу себе объяснить. Забавно, я её воспитываю, учу уму-разуму, но не могу позволить никому другому даже пальцем тронуть. Плевать!
Меня нашли — вот что важно. Представляю, как им пришлось напрячься, чтобы выйти на мой след.