А может, и то, что в ближайшее время ей надлежало получить статус замужней женщины, сработало, и сотрудница отдела опеки, хоть пока и не выдала официального заключения, благосклонно намекнула, что в положительном решении сомневаться не приходится.
Таганцев параллельно занимался сбором информации о семье Насти Васильевой. Этот совет Плевакиной был тоже крайне полезным. И необходимость такой скрупулезной работы подтвердила Лена, старшая Наткина сестра, судья Кузнецова.
– Понимаешь, в этом деле лучше подстраховаться заранее, – говорила она.
– Если вы все-таки решите, что хотите удочерить девочку, то при подготовке к судебному заседанию органы опеки все равно должны будут установить всех родственников девочки, чтобы уведомить их о процедуре усыновления и прийти к выводу, что юридических препятствий к этому нет. На этой стадии возможны сюрпризы, и, поверь мне, они бывают достаточно неприятные. Лучше заранее знать, с чем ты имеешь дело.
Это казалось довольно странным, но данные о семье девочки в открытом доступе отсутствовали.
То есть, конечно, в ее личном деле, которое Косте удалось добыть через саратовских оперов, упоминалась мать – Васильева Ольга Ивановна, 1993 года рождения, но в местных базах данных она не значилась, скорее всего, была приезжей. Настю она родила в двадцать три года, то есть малолеткой точно не была, и причины ее отказа от ребенка оставались все так же непонятны.
Радовало то, что со здоровьем у Насти не было никаких проблем. Девочка не имела ни наследственных заболеваний, ни родовых травм, ни врожденных пороков развития.
Нормальный здоровый ребенок, к тому же еще и красивый. Даже странно, что за все то время, что она провела в доме ребенка, ее до сих пор не усыновили. Впрочем, на этот вопрос Таганцеву ответили коллеги-опера, и услышанное ему не понравилось.
– Скорее всего, директриса пытается «продать» этого ребенка, получив за него хороший куш, – предположили они. – Не в прямом смысле слова продать, конечно. Просто всячески затягивает процедуру оформления, назначения первой встречи и все такое.
Методов-то масса. Ждет, пока не найдется усыновитель, готовый выложить кругленькую сумму в качестве спонсорской помощи.
– Да, нам что-то говорили про компьютерный класс и комнату психологической разгрузки, – мрачно подтвердил Таганцев. – Но у нас нет таких денег, да и аморально это. Девчушка могла бы давно жить в любящей семье, а ее выставляют на торг, как корову на базаре. Интересно, куда вы смотрите.
