Он стал давить меня энергетикой, а я этого не люблю. В тот момент я посчитала, что для нас так будет лучше, и не жалею.
Какая-то я неправильная девушка. Ни мечтаний, ни переживаний, ни радости. Где это – «Ура, я стала женщиной!» или «Кошмар, я переспала с мужчиной, что теперь будет? Он на мне женится?». Надо это дело хоть как-то обмыть, например, сходить и купить себе что-нибудь классное."
"Интересно, как Глеб отреагировал, когда утром не обнаружил меня в своей постели? Немного разбираясь в его заскоках, могу предположить, что обрадовался.
Утро предрасполагает к душевной интимности, когда ты готов разделить заспанный непрезентабельный вид со своим партнером, завтрак на двоих. Не думаю, что Глебу это надо. Не стал бы он готовить мне завтрак, как Ванька. Разбудил бы и отправил на такси – вот к чему стоило быть готовой. Я облегчила мужику задачу. За хорошее доброе утро он как минимум мысленно должен меня поблагодарить.
Где мои предположения – и где Глеб. Войдя в приемную, я сразу уловила гнетущую атмосферу.
Напряжение висело в воздухе. Тихомиров с кем-то говорил по телефону. Если человек на том конце связи не умрет от инфаркта или инсульта, то у него просто стальные нервы. Таким тоном только расчленяют живьем…
Глава 37
Милада
Из обрывков фраз стало понятно, что разговор идет о новой гостинице в Сочи, открытие которой состоится совсем скоро, но там опять форс-мажоры. Становится понятным, что проблемы начались несколько дней назад, а руководству сообщать не хотели, боялись вот такой вот реакции и увольнений, которые теперь последуют.
Самим разобраться не удалось с накладками, пришлось сознаваться.
Когда Глеб закончил разговор, повисла просто оглушительная тишина. Я сижу на стуле и не хочу шевелиться. Заскрипит еще. Попасть под раздачу разгневанного Тихомирова нет никакого желания. Хотя понимаю, что мое присутствие в приемной – не секрет.
— Зайди ко мне, — повелительный холодный тон, когда мы оба устаем от тишины. Босс вызывает на ковер, нужно идти.
— Доброе утро, — вхожу уверенной походкой, голову и плечи держу прямо.
— Присаживайся, — кивает на стул, стоящий напротив его стола.
Закрывает крышку ноутбука. Говорит он спокойно, но я вижу по темному взгляду, что это напускное. Если захочу, легко могу заставить его сорваться, но мне это не надо. Вот совсем не надо. Мои чувства после вчерашней ночи и так напряжены до предела. И это не про секс с Глебом. Хотя могу себе признаться, что наша близость и уединение не оставляют меня равнодушной.
