Ну и счастливой дороги! А у нас свои заботы. Валери вместе с нашей кухаркой занимаются переработкой молока. От двух коров его получается даже слишком для нас всех. Хотя я не ограничиваю подрастающее поколение в употреблении молока. Черт, все время забываю, что этому телу, которое я сейчас эксплуатирую, тоже всего ничего - семнадцать лет!
Я настоящая, хоть и старше всего на пять лет, но в наше время это много значит. Поэтому и вызываю удивление у местных - такая совсем молоденькая девочка, а какая активная и требует того же от окружающих.
Я отмахиваюсь - говорю, что в пансионе нас готовили к тому, что мы выйдем замуж, будем хозяйками поместий, а хозяйка должна знать и уметь многое, чтобы могла контролировать работу слуг, надо знать, как именно это все делается. Отчасти это правда, я где- то читала, что так и обучали девочек в пансионах на Юге США.
Тетушка Эжени совсем освоилась в кухне и кладовых, Клери доверила ей ключи от продуктовых кладовых, сказав мне, что уверена в ее честности. Ливви никому не мешала, наоборот, старалась помочь то тете по кухне, то Сюзанн с уборкой.
Но я велела старшим особо не нагружать девочку, пусть у нее будет хоть кусочек детства. Жан выходил на улицу, передвигался самостоятельно, но был ещё слаб, как котенок. Хроническое недоедание не могло не сказаться на его выздоровлении.
В общем, все были при деле. После того, как Мари и Гийом освободили комнату, мы посовещались и решили, что раз она самая большая, то лучше всего отвести именно ее под гостиную, а ту, которую наметили вначале, отведу под свой кабинет.
Не в кухне же мне сидеть с бумагами. Поэтому Сюзанн сейчас бегала с тряпками и ведром, приводя комнату в чистое состояние. Потом Поль поможет переставить мебель туда.
А пока мы с Годаром на третий ряд перетрясаем списки. Староста выписал на отдельный лист тех, кто раньше работал на сахарном заводе и согласен вновь приступить к работе. Правда озвучил недоумение и рабочих, и свое - ведь сезон сахароварения давно закончился, тростник столько времени просто не мог сохраниться.
Что же именно я намерилась перерабатывать? Я делала таинственное лицо и переводила тему разговора на что- нибудь другое. Только велела завтра с утра пораньше отправить сюда две подводы с лошадьми и четверых мужчин. Кроме возчиков нужны ведь будут нужны и грузчики.
Я не хотела говорить заранее не потому, что это такой секрет, хотя и это тоже. Но в основном, потому что не была уверена, что все получится, как надо.
