А ничего так мордашка мне досталась! Пожалуй, так пристально я смотрела на себя в зеркале первый раз, после того, как я вообще увидела свое новое лицо. Как- то всё не было времени разглядывать себя. Чистое лицо, не взлохмаченные волосы - уже и достаточно. Клери, пока занималась моей прической, все причитала, что не она должна была готовить дочку под венец, а моя матушка, да вот не довелось.
Стук в дверь раздался, когда я была уже почти готова. Платье село отлично, и вырез был вполне приличным, лодочкой по плечам, открывающим ключицы.
Да, украшения были бы в тему, но чего нет, того нет. Обойдусь и так. Клери открыла дверь, с кем- то коротко переговорила и закрыла дверь. Когда вернулась назад, в руках у нее была небольшая коробка, обтянутая голубым бархатом. Протянула мне, я взяла ее, чуть помедлив. Неужели Грант озаботился о подарке для меня?
На подложке из бархата лежало ожерелье с голубыми топазами, соединёнными между собой цепочкой очень сложного плетения. И серьги с топазами, с подвесками из голубых капелек - топазов.
Драгоценности были мне вроде смутно знакомыми, но я отбросила лишние мысли. А вот Клери рассматривала их не верящим взглядом. Потом взглянула на меня внезапно заблестевшими от слез глазами.
- Мисс Вайолетт, девочка моя! Это же украшения вашей мамы, миссис Мэри, которые вы продали в Батон- Руж! Их только почистили, да вот замочек на ожерелье отремонтировали, сломан он был давно, вот миссис Мэри его и не носила! Но как они попали к мистеру Гранту? Неужели он их купил где- то? А как они подходят к вашему платью!
Зато я, кажется, догадываюсь, откуда эти ювелирные изделия взялись у Гранта! Первым моим порывом было подхватиться и, как есть, в не застегнутом на спине платье, рвануть выяснять отношения.
Но помедлив несколько мгновений, я успокоилась и задавила свой порыв на корню. И чего бы я добилась своим скандальным настроем? Отмены свадьбы? Так ее не будет, мне и самой это невыгодно. Настроение испортить я всегда успею.
Да и что тут особо плохого? Он ведь помочь мне хотел! Когда ни один из ювелиров не давал настоящей цены, надеясь купить за бесценок, он дал нормальную цену.
И больше бы заплатил, если бы я подняла стоимость. И тот ювелир ведь покупал не для себя, а по заказу Гранта. То- то он все время нервно оглядывался на закрытую заднюю дверь и даже не торговался со мной.
Так что, как говорится, улыбаемся и машем. То есть, смущаемся и благодарим. Вот и буду носить матушкины украшения, а детские оставлю для дочери.
