А в операционной системе и схеме управления компьютером, я не понимаю ровным счётом ничего. Тем более, здесь не просто окошко с папками и ярлыками, а какая-то гораздо более сложная схема. Вздохнув, пробую добиться нужного варианта управления.
— Активировать голосовой интерфейс.
Секунда тишины и раздаётся мелодичный женский голос.
— Голосовой интерфейс активирован. Доступ подтверждён. Какие действия вы желаете произвести?
Формулирую свой ответ так, чтобы не было разночтений.
— Вернуть температуру в реакторной зоне и сто двадцатом секторе на стандартный уровень.
На всякий случай добавляю.
— Чтобы там снова было тепло.
А то хрен его знает. Вдруг под «стандартом» компьютер поймёт величину, которая была здесь на момент строительства. И врубит какие-нибудь минус скоро градусов.
На мониторе появляется схема сектора и реакторной зоны под ним. Убеждаюсь, что в промежутке между ними ничего нет. Вернее, имеются какие-то технические узкие ходы, но их немного. И сомневаюсь, что ими кто-то пользуется. А так — сплошная полоса металла, почти на сотню метров.
Солидно. И если подумать, то для заливки такого слоя, надо было задействовать всю руду на Земле. Хотя, чем дольше тут нахожусь, тем больше мне кажется, что от родной планеты мы можем быть сколь угодно далеко.
— Команда выполнена. Вы хотите произвести ещё какие-то действия?
— Кто отдал приказ понизить температуру?
Ответ следует вполне ожидаемый.
— Рабочий второго ранга, Энтони Мальсон. На тот момент он оставался единственным дееспособным сотрудником реакторной зоны, за счёт чего ему был предоставлен доступ.
Значит по поводу этого, он в своём дневнике не врал. Вероятность была небольшой, тем не менее проверить было нужно.
— Откуда прибыл персонал реакторной зоны?
— Из Лунной республики. Лучшего и самого справедливого государства в Солнечной системе.
Ясно. Реальной информации здесь не получить. А «легенда» о Лунной республике, меня не слишком интересует. Обернувшись, бросаю взгляд на Анто.
— Как он?
Цнара, только что прощупавшая пульс, отзывается сразу же.
— Пока жив. Но сложно сказать, сколько ещё протянет. Выстрел из дробовика в упор…
Да. Я и сам это понимаю. Значит идею о мародёрстве можно выкинуть из головы. Немного жаль — здесь можно достать много интересного. От оружия до нормальной еды. Но бегать по зданиям с тяжело раненным на руках, не самая хорошая идея.
— Эйра, Цнара — прикрывает. Мы с Харром несём. Выдвигаемся к лифту.
Закинув автомат за спину, беру инженера за ноги.
