Олежка не из тех малодушных тварей, которые будут лукаво уверять: «Да нет же, ты совсем не поправилась!», когда на самом деле твоя одежда трещит по швам.
Собственно, из-за этой милой особенности его характера мы когда-то и расстались. Мне надоело выслушивать, что по утрам я похожа на похмельного филина, надоела констатация явления на свет каждого прыща, надоели сомнительные комплименты вроде «Как же ты похожа на Элизабет Тейлор!.. Ну просто ухудшенный вариант Лиз. Китайская подделка, ха-ха-ха!»
В защиту Олежки могу сказать, что с такой же маниакальностью он подмечал и красивые черты.
Ни новый цвет помады, ни впервые надетые хорошенькие туфельки не ускользали от его болезненно обостренного внимания.
И пусть при расставании он назвал меня «двинутой фригидной кретинкой с зачатками стародевических манер», сейчас я звонила ему с улыбкой на лице.
Олежка долго переспрашивал, кто это, – то ли и в самом деле не узнавал мой голос, то ли делал вид. Расстались мы пять лет назад, и за это время из регулярно закладывающего за воротник актеришки-эпизодника с комплексом неприкаянности он превратился в сериальную звезду.
Время от времени его лицо со знакомым брезгливым выражением попадалось мне на страницах газет. Нет, он вовсе не был movie-star с центрального разворота «Каравана историй». Но иногда в рубрике «Сплетни» какого-нибудь заштатного издания упоминалось, что «актер Дрыкин нарисовал на дверце своего „Ford Focus“ Чужого и Хищника – что бы это значило?»
– Да я это, я, Вера.
Которая похожа на ухудшенную версию Элизабет Тейлор.
– А, – сразу оживился он, – ну и зачем ты мне звонишь?
– Да так. Хотела узнать, как твои дела.
– Должен сразу предупредить, что я несвободен, – на полном серьезе встрепенулся этот кретин, – я встречаюсь с…
И он назвал имя довольно известной попсовой девочки-припевочки, прославившейся главным образом пристрастием к публичному стриптизу. Ни одна вечеринка не обходилась без того, чтобы с торжествующим «А это видали?!» она не обнажала бы свой силиконовый бюст.
– Поздравляю. Не волнуйся, я ни на что не претендую. Просто хотела пригласить тебя в «Марракеш», чайку выпить, поболтать.
– О чем? – не сдавалась оборона.
– Вот встретимся – и узнаешь.
– Вер, если хочешь сообщить, что беременна, учти, мы не виделись пять лет.
– Какой же ты зануда, – выдохнула я. – Расслабься, мне просто срочно надо с тобой посоветоваться! Именно с тобой.
