– Интересно поговорить с этим мужчиной, – протянула я, – закулисье библиотеки глазами представителя сильного пола.
– Такую тему пресса пока не поднимала, – одобрила мою идею Лиля, – право, не знаю, чем сейчас занимается Иосиф. Где он? Жив ли? Позову наше справочное бюро – Нину Валерьевну. Беловой семьдесят, но она бодрая, без каких-либо признаков склероза вкупе с маразмом. Я могу кое-что забыть, а тетя Нина все помнит, она кладезь местных новостей, современных и давних.
Лиля взяла телефон.
– Зайдите ко мне, пожалуйста.
С вами хочет пообщаться корреспондент, она готовит материал о нашей библиотеке.
Не успела заведующая договорить, как дверь комнаты распахнулась, внутрь вошла, нет, влетела худенькая женщина в ярко-зеленом платье. На шее у нее блестело ожерелье из фальшивых рубинов, в ушах горели огромные «бриллианты», на запястьях звенели браслеты.
– Тетя Нина, поговорите с Евлампией, – сказала Лиля, – она хочет написать статью о мужчинах нашей профессии.
– Меня интересует период до начала двадцать первого века, – быстро ограничила я тему, – мне хочется на примере вашей библиотеки объяснить: чем в советское время руководствовался мужчина, который выбрал работу в женском коллективе.
– Не обидитесь, если я оставлю вас вдвоем? – спросила Лиля.
– Только обрадуемся, – ответила Белова, – с глазу на глаз говорить спокойнее, чем при свидетеле.
Когда заведующая удалилась, Нина Валерьевна погрозила мне пальцем:
– Врушка. Лиля наивная, ей какую угодно лапшу на уши навесь, не снимет, будет ходить с макаронами.
Мужик в библиотеке? Кому эта ерундятина нужна?! Колись! Ты кто? Где служишь? Отец мой, два брата, муж и свекор, все работали в органах на больших постах. Папы моего и мужа уж нет, остальные живы и, несмотря на возраст, еще в строю. Я тоже хотела с ними служить, да супруг на дыбы встал: «Мне нужна жена, а не мент или кагэбэшник дома. Предпочитаю вкусный ужин и любимую в хорошем настроении». Пришлось отправляться в библиотеку, в стоячее болото с бабьем. Ух, как они меня ненавидели.
Старые крысы, а я персик сочный, да еще замужем, Сережа мой был красавец, рост под два метра, блондин…
Нина засмеялась.
– Не пустил он меня в свою систему, да дома разговоры велись только о его работе. Считай, я спецобразование получила. Чуйкой обзавелась. И она, чуйка эта, сейчас шепчет: «Евлампия из ваших». Да? Говори правду. Соврешь? Наплету тебе кружев с вензелями. Уйдешь, ничего не узнаешь. Хочешь вести честную беседу? Тогда будь откровенной.
