Минут через тридцать Яковлева осведомилась:
– Ну? Поехала?
– Нет, по-прежнему стою, – пояснила я, – сейчас появился вертолет, похоже, кто-то серьезно ранен, раз авиация понадобилась.
И мы продолжили говорить о всякой ерунде.
В свой двор я въехала через три часа, собрав по дороге и другие пробки.
Глава двадцатая
Около нашего подъезда стоял мужчина, загораживая собой дверь. Пришлось попросить незнакомца:
– Добрый вечер, разрешите войти в дом.
– Ик, – произнес дядька, и я уловила резкий запах алкоголя.
Стало понятно, что мужик хорошо выпил.
– Пожалуйста, позвольте открыть дверь, – вежливо попросила я.
Незнакомец оглянулся, рыгнул, потом сдернул с моего плеча сумку и захохотал.
– Немедленно отдайте, – потребовала я и попыталась отнять ридикюль.
– Давай, прыгай, – обрадовался пьяница, – раз, два, три, собачка, лови.
Я сунула руки в карман курточки, нащупала мобильный и пообещала:
– Сейчас вызову полицию.
– Ах ты… – донеслось из палисадника, и к парадному подбежала полная женщина.
– Девушка, простите. Павел не злой, не алкоголик, он раз в год только нажирается, в годовщину смерти родителей.
Я вынула руку из кармана.
– Простите, я приняла его за хулигана."
"– Десять лет прошло, как свекор со свекровью скончались, – объяснила незнакомка, – а мужа в этот день просто бес крутит. И как он здесь оказался? Меня Валя зовут. Мы в первом доме живем, через дорогу. Привезла Пашу с кладбища в лоскуты обожратого. Ну никак он не хотел от могилы отойти, сидел и пил, пил, пил.
Только когда стемнело, с места сдвинулся. Приехали домой, надо же машину на охраняемую стоянку загнать. Обычно мы сначала туда заезжаем, потом пешком к себе идем. Недалеко совсем, пару минут. Но сегодня-то как мужику идти? Оставила его у нашего подъезда, домой не подняла, еще насвинячит сдуру, отогнала тачку, возвращаюсь, нет дорогого-любимого. А он вон куда притопал! Отдай чужую сумку!
Тетушка вцепилась в мой ридикюль и дернула его, Павел разжал руки, его жена свалилась на тротуар, я бросилась ее поднимать.
Дело оказалось непростым. Валентина весила раза в два больше, чем я. В конце концов я тоже шлепнулась на асфальт. Потребовалось некоторое время, чтобы мы обе встали на ноги.
– Девушка, простите, – затараторила супруга пьяного, – вот ваша торбочка, сейчас уведу своего…
Валя повернулась лицом к подъезду.
– А где Паша?
Я посмотрела в том же направлении.
– Только что у двери стоял.
