Пытались намекнуть, что у них крот, но они не верят. Самоуверенные люди. С ними вообще непросто работать… но ладно.
– Что по Эберхарту, Олег Михайлович?
– А вот это интересно, – оживился Дементьев. – Неизвестно, насколько достоверно, но интересно. Информация прошла по каналам комитета, в курсе несколько человек, и на каждого из них можно положиться. Штази к этой информации не подпускали. Во-первых, могут напортачить, во-вторых, мы все более склоняемся к мысли, что у них «течет». Работу в Западном Берлине осуществляем в самом минимальном объеме.
Анклав не поддерживает отношений ни с ГДР, ни с СССР. Фактически это часть ФРГ, но у тамошних чиновников свои амбиции. За стеной нет наших дипломатов – и разведке не на что опереться. Есть пара явок, есть люди, вжившиеся в тамошнее общество, но работой они, мягко говоря, не перегружены. Один из них, кстати, пытался приделать прослушку на окно особняка, но был замечен. Притворился пьяным – ему удалось уйти. Человек творческий, предварительно прополоскал горло шнапсом.
– Дементьев усмехнулся. – Даже в случае успеха эффективность нулевая. Не будут под окном обсуждать гостайны. Только бесполезная трата ресурсов… Поэтому свой человек в «бюро» стал бы сущей находкой – при условии, что он не двойной агент. Но вроде не похоже. Людвиг Эберхарт – реально существующее лицо. По какой причине хочет сотрудничать, нам неизвестно. Он использовал открытый канал – оставил письмо в почтовом ящике перед домом, где находится наша явка, на Франкераллее… Не спешите негодовать.
Согласен, больше использовать эту явку не стоит, береженого бог бережет. Не трагедия, есть еще одна. В послании Эберхарт написал, что квартиру на Франкераллее выявил лично, используя свои служебные возможности, коллеги не знают. Мы проанализировали ситуацию, это может быть правдой. Значит, имеем дело с человеком компетентным, способным и явно не последним в организации. В письме он сообщил, что хочет сотрудничать, но только с КГБ. Штази он не доверяет. В принципе, мы его понимаем… Резидент вычислил домашний адрес этого таинственного товарища.
Кюрхаллее, 36. Мужчина проживает один, в доме, кроме него, только собака. Он выгуливает питомца после работы. Грузный седоволосый мужчина, возраст далеко за пятьдесят – здоровьем не пышет, ходит тяжело. Перемещается по городу на черном «Фольксвагене»-универсале. Слежки за домом наш сотрудник не заметил. В городе Эберхарта не пасут. Если он действительно ищет контакт, коллеги об этом не в курсе.
