Он…
– Вы знаете, он мне кое-что сказал, – вмешался Стивен Хантер. – Когда я пытался убедить его, что мы все равно докажем его вину, так что в его интересах сказать нам правду, он посмотрел на меня, как на младенца, и ответил: «Ну я же не миссис Карлайл, чтобы совершить топорное убийство, нанести шестнадцать ударов жертве и отправиться на виселицу». Вы правы, Бедфорд думал о ней. И он чертовски тонко сумел подгадать момент.
– Инспектор, вы не слушаете меня, – вздохнула Амалия. – Я остаюсь при своем мнении, что никакого момента Бедфорд не искал.
Произошло совсем другое: в какой-то миг его жена переступила черту, и он ее приговорил. Мы знаем, что она разорила его, она выставляла его на посмешище своими связями с другими мужчинами и не ценила его как писателя, но до поры до времени он согласен был все это терпеть. А потом его терпение кончилось. Вспомните, инспектор, ведь вы наверняка расследовали раньше немало дел, когда мужья убивали своих жен, которые им просто надоели. В этом убийстве нет ничего особенного, поверьте.
Но, к сожалению, о преступлениях мистера Возмездие я того же сказать не могу.
– То есть вы считаете, что мистер Бедфорд не имеет к ним никакого отношения? – спросил Мэтью, который слушал Амалию очень внимательно.
– Нет, потому что мистер Бедфорд, если присмотреться, человек абсолютно эгоистического склада. Он избавился от жены, которая ему мешала, и он позволяет вам считать его автором других нашумевших убийств, потому что это приносит ему деньги и славу.
Все, как видите, всегда вертится вокруг него и его желаний. Абстрактное правосудие его не интересует. Лично я уверена, что если бы он узнал, что по соседству с ним живут опасные убийцы, он бы только пожал плечами и прекратил с ними общение, вот и все. Возможно, он бы даже не стал извещать полицию о своем открытии, если бы не ощущал угрозы для себя лично. Тот, кто выслеживал Инмэнов, кто уничтожил группу террориста Уэббера, – человек совершенно другого типа.
Мы постоянно задаем себе вопросы, почему он убивал через день, по нечетным числам, или почему он начал свои акты возмездия именно седьмого марта, но, может быть, надо оставить частности и посмотреть в корень? Кто мог бы совершать подобные поступки, что конкретно им движет? Все остальное – где он берет яды, откуда у него снайперская винтовка, где он хранит машинку, на которой печатал письма, – только детали. Нужно понять главное: что это за человек.
