В самых нереальных снах, в которые не смели пробираться даже подкроватные монстры.
А потом все кончилось.
Вот как свет в кинотеатре включают в финале. Так и у меня оказалось. Только свет выключили.
Я просто поняла, что что-то идёт не так.
Было больше двенадцати недель. Это больше нескольких месяцев без Матвея.
И в ту ночь, когда я кончиками пальцев гладила округлившийся живот, я поняла, что теперь осталась совсем одна. Вообще без всех. Без мужа.
И без малыша.
Я не верила и уговаривала себя, что это все мнительность, но он не шевелился.
Я уже заметила, как малыш словно рыбка плавал в животе, а тогда он не шевелился!
Но я уговаривала себя. С час. Или два.
Я просто не слышала ответной реакции на мои прикосновения. Я не чувствовала внутри себя солнца.
Дорога до больницы прошла как в бреду. Я сидела в такси и сквозь куртку гладила живот, приговаривая, что все будет хорошо, мне просто показалась.
Такого в моей картине мира не могло случиться со мной.
Я же все делала правильно. Я пила витамины, посещала гимнастику по утрам в женском клубе, который располагался на первом этаже дома, я много гуляла и еда здоровую еду, не пропускала встречи с врачом и даже анализ на патологии у нас ничего не выявил.
Я не видела реальных причин для того, чтобы такая ситуация случилась со мной.
Но был дождливый ноябрь с грязной листвой в лужах. В них отражался холодный искусственный свет уличных фонарей. И пахло вокруг сыростью, тиной, близкой рекой.
И была я. Испуганная, в слезах, которая плакала в приемном покое государственной больницы, где стояла на учете.
И сонный дежурный врач, который лениво записывал в карточку мои жалобы, в которых кроме предчувствия ничего дельного не было. И узи мне делать отказались. И для моего срока ещё трудно угадывать движения. И вообще отправили домой.
Но я так боялась, что поехала в частную клинику, где услышала страшное:
— Плод не шевелиться…
По моим щекам побежали слезы.
Я просто вспомнила. И у меня язык отнялся. Я не могла ничего сказать Матвею, стоящему напротив, но он видимо сделал какие-то свои выводы и, дёрнув меня за руку, потащил к машине. Распахнул заднюю дверь и чуть ли не швырнул на сиденье.
— Раз не говоришь где мой ребёнок, ещё одного сделаю.
Глава 5
Я влетела в машину и тут же прижалась боком к двери. Матвей, не мешкая, сел следом и проронил водителю:
— Домой едем.
