И на работе и вообще… Если просто набраться терпения и немного подождать, я смогу назвать себя счастливой.
— Ну, что, прошу к столу!.. — показываю на сервировку, — пока так…
Открываем шампанское с хлопком, разливаем по бокалам и чуть-чуть по полу. Обмываем же!..
Болтаем обо всем и ни о чем. Таня расспрашивает о работе и ненавязчиво интересуется вакансиями. Я бы с радостью помогла, но наглеть настолько, чтобы просить Сергея взять на работу еще и мою подругу, я просто не могу.
— Если будет вакансия, я тебе сразу сообщу, — обещаю я.
— Да… я бы с удовольствием, — проговаривает, глядя куда-то в стену, — знаешь, кто вчера к нам с проверкой приходил?
— Кто?
— Майер. Та самая.
Чувствуя небольшое удушение, подхватываю ложкой кусочек торта. Кладу в рот, медленно пережевываю.
— Трофимов аж посерел от страха, в бухгалтерию с ней побежал… Орал на нашу Валентину Владимировну из-за каких-то отчетов.
— Майер тут при чем? — спрашиваю тихо, хотя в голове уже вырисовывается ответ.
Руслан решил проверить приобретение, в которое он «влился бабками».
— Не знаю! — шепчет горячо, — может, Лебедев решил нас купить?
Уже купил. Давно.
Глава 26
Руслан.
— Они тоже заявку готовят, — говорит в трубку мой зам, — мне из Департамента звонили.
— Ты удивлен?
— Нет, но сейчас, учитывая наличие такого конкурента, как ты, Емельянов из кожи вон вылезет, лишь бы выиграть тендер.
— Знаю, Женя, знаю… — вдавив затылок в подголовник, устало прикрываю глаза, — Амелия работает над этим.
— У нее есть выход на москвичей?
— Есть.
Расслабься.
Хохотнув, Бронников прочищает горло.
— Это война, Рус… Потянем?..
— Сомневаешься — пи*дуй работать администратором на вещевой рынок.
— Да, не сомневаюсь… просто Емельянов мужик отмороженный, хрен знает, чего ждать от него.
— Ладно, давай.
Отбившись, оборачиваюсь и смотрю в заднее стекло. Поток машин почти не двигается. Давно мы в такую пробку не вставали.
— Впереди авария, Руслан Андреич, — сообщает Миша с переднего сидения, — мы сильно опаздываем?
— В офисе ждут… подождут.
Ослабив галстук, поворачиваю голову вправо и от нечего делать наблюдаю за снующими туда — сюда пешеходами. Машина двигается так медленно, что нас обгоняет даже бабуля с тростью.
Картина эта действует на меня умиротворяюще, однако в какой-то момент все меняется. Под ребрами образуется давление. Растет, заполняя всю брюшную полость, пока не достигает сердца. И в этот самый миг я вижу ее.
Маша."
"Шагает по тротуару, глядя перед собой.
