Шумно вздохнув, он откидывается на спинку стула и принимается постукивать пальцами по столу. Я же, открыв меню
, делаю вид, что выбираю блюда.
— Маш… посмотри на меня.
Вскинув взгляд, смотрю в его лицо. Говорят, чтобы человек думал, что ты смотришь ему в глаза, нужно смотреть на переносицу. Так и делаю.
— Ты совершаешь ошибку, милая.
— Уверена, что нет.
— Мы сможем это пережить, — говорит Рус успокаивающим тоном.
— Измену? Я не собираюсь это переживать.
— Дай мне шанс, и я все исправлю.
— Я хочу развестись.
— Маша! — вдруг повышает голос, и я понимаю, что все его спокойствие напускное, его бомбит так же, как и меня, — я тебя люблю! Я не хочу разводиться!
Тон его действует на меня, как провокация. Самообладание трещит по швам.
— Заткнись, Лебедев! Твоя любовь с запашком!..
— Я не сплю с ней больше!
— Мне не интересно, — усмехаюсь я.
— Тебе не может быть не интересно…
— Руслан, если ты собираешься отговорить меня, то зря тратишь свое драгоценное время.
— Маша… — резко подается вперед и пытается схватить мою руку.
Успеваю одернуть в последний момент, — что мне сделать, чтобы ты простила? Скажи — я сделаю!
— Ты уже все сделал!
Играя челюстью, Руслан давит на меня взглядом. Грудь ходит ходуном, крылья носа раздуваются.
Я тоже на него смотрю. На этот раз четко в глаза. Сцепив зубы, решительно отбиваю его агрессию.
— Ты не представляешь, Маша, какой может стать твоя жизнь без моей поддержки, — вдруг проговаривает он.
Я вмиг распознаю угрозу и ощетиниваюсь.
— Думаешь, я без тебя никто?.. Думаешь, не проживу без тебя?
— А ты думаешь, я все это время для тебя ничего не делал? — опуская подбородок, спрашивает он, — думаешь, ты свою должность сама заработала?
На лицо неумолимо наползает жар, ноги же в туфлях наоборот, холодеют.
— О чем ты?
— Я влился бабками в твою шаражкину контору. Не знала?.. Она вся моя с потрохами.
— Зачем? — сиплю в ответ.
— Затем, чтобы ты занималась любимым делом. Ты же без ума от нее была.
Трещала без умолку, как тебе нравится х*йню всякую рекламировать. И, да… твою зарплату тоже плачу тебе я!
Щеки пылают как от пощечин. Желудок лезет в горло. Безуспешно пытаюсь сделать глоток воздуха.
— Урод…
— Один звонок, Маша, — продолжает муж вкрадчивым тоном, — и ты не устроишься ни в одном, даже самом убогом, агентстве.
Срываюсь. Хватаю меню и бросаю в его голову. Не ожидавший такого Руслан не успевает увернуться и получает углом в висок.
