И, к моему возмущению, он выходит из машины за несколько десятков метров до высокого административного здания. А я остаюсь на заднем сиденье и смотрю в его удаляющуюся спину.
М-да... Интересный тип этот майор. Коварный и продуманный. Вроде как бросил камушек в пруд, глянул, какие пойдут круги на воде, и был таков. Котов Марат, значит? Теперь я точно запомнила.
Когда мы подъезжаем к подъезду нашего дома, я настолько погружена в собственные мысли, что совсем забываю, кто именно нас подвозит. И до меня не сразу доходит, почему соседка с первого этажа - чудаковатая пенсионерка и бывшая учительница по литературе, которая вечно подсматривает за всеми через занавеску, - стоит в окне с разинутым ртом и шокированным видом.
- Спасибо, что подвезли, - рассеянно говорю патрульному и помогаю Ваньке выбраться наружу вместе с костылями.
Полицейский, шутливо козырнув, усмехается:
- Наша служба и опасна, и трудна! Но сегодня ещё и весьма приятна. Доброй ночи, девушка! А машину своему боссу всё-таки больше не бейте.
Любой лояльности всегда бывает предел.
Патрульная машина скрывается со двора, мигнув напоследок алыми огоньками, и окно соседки с первого этажа с натужным треском приоткрывается.
- Ох, Алёнка! - трагическим шёпотом окликает соседка. - За что так Ваньку-то покалечили? Со шпаной связался? Показания, штоле, выбивали? Вот ведь Вера Ильинична расстроится...
- Нет, Роза Соломоновна, - отвечаю ей с терпеливой вежливостью, как когда-то делала еще в школьные годы. - Нас просто подвезли. Никакой шпаны не было.
И пожалуйста, не тревожьте нашу бабушку. Ванька просто с велосипеда упал, ногу повредил немного.
- А... - медленно тянет соседка. - Ну бывает. Доброй ночи тогда тебе. Осторожней там...
Понятно, не верит мне. Блин, придется всё самой бабушке растолковать, чтобы бывшая учительница ей превратно увиденное не донесла. Она и в школе той ещё сплетницей была. Всё про всех учеников знала!
Неожиданно меня посещает интересная мысль.
- Роза Соломоновна! - торопливо окликаю соседку, которая уже начала тянуть на себя окно, и створка снова приоткрывается.
- А вы случайно не помните одного ученика в нашей школе? Котов Марат его имя.
- Котов, Котов... - бормочет она, по-утиному вытягивая в раздумьи морщинистый рот.
- Его в школе все просто Кот называли, - добавляю я.
В следующее мгновение ее лицо проясняется.
- А! Помню такого. Учился у меня в старших классах. Его к нам перевели перед Новым Годом в восьмой-В по распоряжению мэра города.
