Я демонстративно скрещиваю руки на груди, давая ему понять, что отказываюсь комментировать весь этот бред про звёзды и созвездия.
Но Боярова ничем не проймешь. Он засовывает руки в карманы брюк и вразвалочку направляется к двери. А у самого выхода небрежно оглядывается и бросает через плечо:
- Алёнушка! За мной.
Он бы ещё свистнул, как дрессированной собаке, и «К ноге» добавил!
Я стискиваю зубы, но приказ выполняю. Одеяло скидываю на руки одного из рекламщиков.
Бояров зачем-то заглядывает в лазарет в конце коридора, но там никого нет.
А перед лестничной клеткой мы встречаем Царевичева в компании неизвестного типа с холодными светлыми глазами.
- Лебеда где, не в курсе? - интересуется у них Бояров.
- Он на парковку спустился, девицу свою хромающую из агентства провожал, - сообщает медовый шатен. - Как бы не влепила иск за травму на рабочем месте, кстати. А тут ещё и Волчарин с новой проблемой...
- И что у нас опять стряслось?
Второй тип напряжённо дёргает щекой.
- Морозов пропал, ищем.
- А Батя что говорит?.
. Филина так и не нашли..? - Бояров становится серьезным и совсем на себя обычного непохожим.
Слушая беседу, я нетерпеливо переминаюсь на месте. Хоть бы отдохнуть и перекусить чего-нибудь отпустил, ирод. Желудок уже к спине прилип.
Словно откликаясь на мои мысли, в животе у меня урчит. Но мужчины так заняты важным разговором, что никто не обращает на это внимания. По крайней мере, мне кажется так ровно до тех пор, пока Бояров, улучив паузу, не наклоняется к моему уху.
- Спускайся на первый этаж, там есть бар, - его шепот ласкает мою кожу теплым дыханием, соблазняя каждой своей ноткой.
- Пошарь там в холодильнике и найди себе что-нибудь по вкусу. Только чур не напивайся.
Подобная чуткость босса по отношению ко мне настолько выбивает меня из колеи, что на первый этаж я спускаюсь почти на автомате. А в голове крутится его соблазнительный шепот.
Так и захожу в бар, вся в своих мыслях.
- Приветик, Гюльчатай, - усмехается от барной стойки Лебеда."
"Блондинистый приятель моего босса сидит на высоком стуле, облокотившись о столешницу.
Возле его руки в мягком золотистом свете ламп - скорее декоративных, чем практичных, - поблескивает тёмное стекло бутылки с логотипом элитного напитка. А рядом мерцает полупустой бокал.
- Извините, - бурчу я, притормозив. - Не хотела вам мешать. Василий Андреевич сказал, что здесь можно найти что-нибудь перекусить.
- Ты не мешаешь... - задумчиво сообщает Лебеда, изучая игру света на своем бокале.
