И бить его надо сообща. Вместе всем, – неопределенно ответил Коган, решив не спешить с обработкой Вихора."
"Всему свое время. Присмотреться к нему надо. Что бы он ни говорил тут, а вполне может оказаться, что бандеровцы ему все равно ближе, чему русские, чем Советский Союз. Что «бандеровцы», что «мельниковцы», разницы ведь большой нет. Разница лишь в харизме лидеров. А вот на местах люди разные, тот же самый Вихор. Можно было в том разговоре добавить, что нацистов бить надо всем вместе, и украинцам, и русским сообща.
Да и другим народам, забыв на время войны об идеологических распрях. Но поймет ли сейчас его Вихор? Очень сомнительно. Ведь он не один год варится в котле этой антирусской, антисоветской пропаганды и идеологии. Какая там у него накипь в мозгах образовалась, еще стоит разобраться.
Стемнело. Вихор посмотрел на часы и махнул рукой – пора. Группа стала втягиваться в лес. Шли по двое колонной, стараясь не шуметь, но иногда кто-то наступал на сухую ветку, и тогда Леонтий стискивал зубы и ворчал. Коган не отставал от Вихора, посматривая по сторонам.
То, что весь его отряд уходит из города, было даже не плохо. Зато теперь Борис узнает о новой или старой базе Вихора, а еще бои вести лучше не в городе, а в лесах, в степи. Так не будут страдать дома и люди. Пусть уходят из города, города должны принадлежать людям, а не стоять в развалинах, заваленных трупами.
Впереди дважды мигнул фонарик, потом еще дважды. Оуновец остановил свою группу и поспешил вперед вместе с Коганом.
– Это от боевого прикрытия, – шепнул он.
– Проводник.
Коган с сомнением покачал головой. Но верить придется и своего опасения тоже выдавать нельзя. Уж больно прост сигнал. Такой может быть и простым совпадением, например, когда человек не спеша идет между деревьями с фонариком. Одно дерево закрыло свет, потом второе. И еще раз точно так же. А если это командир немецких автоматчиков, если немцы прочесывают местность, занимают позицию для засады? Ночью? Ну, это байки, что немцы по ночам не воюют и что они боятся лесов ночью еще больше, чем днем.
У нацистов достаточно обученных и опытных егерских частей и подразделений, которые умеют многое.
Но это оказался действительно проводник. Невысокий, в кургузом пиджаке, брюки заправлены в кирзовые сапоги, кепка сдвинута на затылок, а на подбородке трехдневная рыжая щетина. Он протянул руку Вихору, потом Когану и устало смахнул рукавом пот со лба.
– Давайте быстрее! – торопливо заговорил проводник. ‒ Я вас проведу вон там, по краю овражка.
