– Я так понимаю, это не обсуждается?
Егор с уже проступившей черной щетиной, что делала его ещё более привлекательным и подходящим на роль кинозвезды или модели, скривил губы.
– Ты заслужила небольшой отпуск. Пять дней. Не больше. Кстати, по сроку на работе ты тоже подходишь.
Всё знает, гад.
И Ника неожиданно для себя согласилась. Мысленно послав всех и всё куда подальше.
Уедет. Ото всех. Ни звонков, ни встреч. Пусть некоторые, что хотят, то и думают.
Она может себе позволить немного расслабиться?
Немного.
Самую малость.
Ника прищурила глаза.
– Ваши слова… что вы меня не тронете неделю в силе?
Егор, как раз подносил кружку с кофе, ко рту. Так и замер с ней в воздухе. Потом его губы растянулись в ухмылке, а в глазах заплясали дьявольские огоньки.
– В силе. Если сама не передумаешь…
Вот тут Ника едва не рассмеялась. Блин, какая знакомая фраза! Встречалась она порой в книгах. И героиня всегда уступала герою раньше времени. Неужели и с ней подобное будет?"
"Егор вез её на загородную базу отдыха, чтобы они смогли поближе пообщаться, узнать друг друга.
Вернее, давал ей возможность к нему привыкнуть. Недурственный ход. И на нём спасибо. Если честно, Ника ожидала от него худшего. После первого впечатления в «Берлоге» думала, что он с ней церемониться не будет. Завалит в первый-второй день.
– Когда выезжаем?
– Сегодня.
Ника задумалась.
– Мне на работу надо…
– А если больничный? – и снова озорные чертята в карих глазах заплясали румбу.
Ника, всегда отличавшаяся благоразумием, хотела отказаться.
Обман не для неё, нечестно по отношению к девочкам. Потом подумала, какая разница – отпуск или больничный. Отпуск ещё могут не дать. Скажут, не писала заранее. Потом Ника посмотрела из-под опущенных ресниц на Беркута и поняла, что ей что угодно дадут – отпуск или на больничный отпустят.
– Отпуск, – решила она.
– Ок. Пиши заявление.
– Прямо здесь?
– Прямо здесь и сейчас.
Конечно, руководство не пришло в восторг, что она берет отпуск на неделю.
– Вероника, неужели никак…
Девушка, краснея, покачала головой.
– Эхе-хе, – начальница подписала заявление. – Ждем тебя через семь дней.
– Спасибо.
Хуже было с Лоркой и Андреем. С ними она обещала встретиться.
Беркут сказал, что заедет за ней в семнадцать часов. Успеет? Или…
Вероника не горела желанием рассказывать, что с ней происходит. Потому что и сама не знала. Что-то неизменно менялось. Как и она сама. Анализировать не было ни сил, ни желания. Хотелось расслабиться, забыться.